Еретическое путешествие к точке невозврата

За деревянным барьером сидели конторщики и сосредоточенно скрипели перьями, вполголоса обмениваясь с соседями замечаниями, отчего в помещении стоял непрерывный гул, напоминающий жужжание пчёл на пасеке.

Вольфгер недоумённо огляделся, не зная к кому обратиться, но из глубины зала к нему тут же подскочил ещё один служащий, видимо, старший над конторщиками, поскольку одет он был заметно богаче.

– Что угодно господину э-э-э… – служащий метнул быстрый и намётанный взгляд на цепь Вольфгера, – барону?

Вольфгер обвёл зал глазами, давая понять, что не желает говорить при всех.

– Покорнейше прошу вашу милость следовать за мной, – с поклоном произнёс он, указывая на дверь в дальней стене.

Они вышли из общего зала и двинулись по слабо освещённому коридору, причём служащий отпёр перед Вольфгером и запер за ними несколько дверей – коридор делился на секции, в которые выходили плотно закрытые двери. Что или кто был за ними, Вольфгер не имел понятия. Архитектура торгового дома Фуггеров сильно напоминала крепостную тюрьму, и это было неприятно барону.

Наконец служащий толкнул одну из дверей, и они вошли в бедно обставленную комнату. Из мебели в ней был только стол и два стула с плетёными из камыша сидениями. Комната, как и следовало ожидать, напоминала тюремную камеру. Каменный пол, белёные стены, маленькое окно в глубокой амбразуре. «Локтя три, не меньше, – прикинул Вольфгер, – такую стену и ядром бомбарды[37 - Бомбарда – одно из первых в истории артиллерийских орудий.

Служащий указал Вольфгеру на стул и, дождавшись пока он усядется, представился:

– Моё имя – Михаэль Циммерман. Что будет благоугодно вашей милости?

– Я – Вольфгер фон Экк, – кратко представился барон, которому начинала надоедать приторная вежливость служащего.

Словно не замечая этого, конторщик опять поклонился:

– К вашим услугам.

– Прежде всего, я хотел бы узнать, каковы размеры моего кредита в вашем доме? – сухо спросил Вольфгер.

– Неограниченные, – лаконично ответил Михаэль.

– То есть? Что это означает?

– Это означает, что вы можете получить у нас любую разумную сумму, какую пожелаете, – пояснил служащий.

– Вот как? Хм… Это приятно, черт побери… Тогда вот что: мне нужны наличные.