Еретическое путешествие к точке невозврата

Даже в центральной, самой богатой части столицы курфюршества дома жались друг к другу как инвалиды, не способные стоять на своих ногах, а улицы с красивыми и нарядными домами неожиданно заканчивались зловонными мусорными кучами, из подворотен несло мочой, по мостовой текли ручейки подозрительного происхождения. Все время нужно было быть начеку, потому что из окна верхнего этажа легко могли выплеснуть на головы прохожих помои. Попрошаек, нищих и другого подлого народа не было видно – городская стража сгоняла их на окраины, чтобы они не оскорбляли взоров благородного сословия.

– Скажи, Карл, как можно по своей воле жить в этой смердящей тюрьме? – спросил Вольфгер, придерживая лошадь.

– Не представляю, господин барон, – пожал плечами оборотень. – В первые годы, когда я переселился из деревни, мне было страшно трудно, я боялся, что камни раздавят меня, как орех. Потом, конечно, попривык, но всё равно, мне кажется, что в городе я теряю половину сил. Моя человеческая ипостась научилась мириться с городами, а вот медвежья бунтует… Очень хорошо понимаю эльфийку, она говорит, что в городе болеет.

Вот это здание и есть магистрат, господин барон. Давайте поводья, я постерегу лошадей, а то знаете, народ здесь ушлый…

Вольфгер спрыгнул с коня, бросил поводья Карлу и, гремя оковкой ножен по каменным ступеням, вошёл в здание магистратуры.

В магистратуре, как и в любой канцелярии Священной Римской империи, было пыльно, неуютно и уныло. По тускло освещённым коридорам без видимой цели бродили чиновники, подметая мантиями грязные полы.

Вольфгер придержал первого попавшегося за плечо:

– Э-э-э, любезный, укажи, как пройти к бургомистру?

Человечек, от которого нестерпимо разило прокисшим пивом, вскинулся на наглеца, посмевшего дотронуться до имперского чиновника, но разглядев меч и золотую цепь Вольфгера, увял и съёжился.

– Что угодно господину барону?

– Ты что, глухой?! Я спрашиваю, где тут у вас сидит бургомистр?

– Если вашей милости будет благоугодно пройти вон по тому коридору, то в конце будет лестница, изволите подняться на третий этаж, а там…

– А ну, проводи!

Чиновник жалобно вздохнул, наполнив коридор волной пивного перегара, и двинулся по указанному маршруту.

Вольфгер, сдерживая дыхание, шёл за ним. У дверей кабинета бургомистра стоял обширный стол, заваленный бумагами. В них самозабвенно рылся замученный секретарь, который, казалось, не мыл голову с Пасхи.