Улеум

В Улеуме, конечно, здорово, но я и так много времени на вас потратил. Я так хорошо здесь себя чувствую, что вечно забываю о своём истинном состоянии. У меня завтра важный день, и сейчас мне предстоит выспаться. Так что аривидерчи.

И он без лишних церемоний исчезает в хрупкой, лишь на мгновение реальной пыли Инкарны. Гейммастер с грустью наблюдает опадающие и гаснущие искры на том месте, где только что сидел господин. Консул смотрит на старика с сочувствием и серьезным тоном произносит:

– Вот так вот. Поигрался и ушёл.

Жди его теперь опять триста лет. А он прискачет, когда ему надо, чик-чик и вновь – поминай как звали. Болезненно мне это, обидно. Не ценит он нас.

– Помолчи, – устало отвечает старик. – Нам неведомы его планы и непостижимы свершаемые им дела. Мы его инструменты, наше дело – служить. Раз нам больно, значит, так надо.

Глава третья

«Спать, спать, спать. Как же утомляют эти двое. Нытик и клоун. Надо будет перепроверить, что я там накрутил с новыми ангельскими нитями. Консул, собака, всё время отвлекал, но вроде бы дело было сделано верно.

Завтра чекану. Спать».

Снаружи уже тишина, в тёмной квартире остался лишь запах перегара и сигаретного дыма. Тысячу раз Андрей просил соседей не курить дома, и тысячу раз они, пообещав, делали всё ровно наоборот… Сейчас это неважно. До звонка будильника осталось чуть больше трёх часов. Необходимо выспать из этого краткого промежутка всё, что только возможно. Андрей падает в кровать и…

Звонок. Навязчивая мелодия в обход ушей бьёт прямо в лобную долю, в то место, где голова болит больше всего, где только что плыли мутные образы какого-то мгновенно забытого вязкого сновидения.

Будильник. Самая ненавистная и незаменимая вещь на этой планете. Новый символ рабства, какими когда-то были цепи и плётка.

Андрей, не открывая глаз, садится в кровати, шарит рукой в поисках телефона, находит и вслепую нажимает на отключение сигнала. Как же тяжело. Тело мечтает вернуться в анабиоз. «Ещё пять минуточек» – умоляет оно. Встать и пойти в душ кажется невыполнимой задачей.

Может, не ходить никуда? Ни в душ, ни на работу. Сказаться больным? Умереть, уснуть?

Сегодня нельзя. Сегодня необходимо свернуть гору.

Собрав последние силы, несчастный разлепляет глаза. Привычная комната в утреннем мраке. Галлея Один валяется на кресле вверх ногами. Как это он вчера её так неаккуратно бросил? В ней целый Мир, а он швыряет её куда ни попадя. Андрей поднимает шлем и аккуратно кладёт на зарядную панель.