Улеум

В соседней комнате за тонкой стенкой живут восемнадцатилетние юнцы – вчерашние школьники, рано, как сейчас модно, съехавшие от родителей, страстные любители застолий и громкой музыки, устраивающие регулярные домашние дискотеки по выходным, а иногда и посреди недели. Но вторник… никто не тусит по вторникам. Это моветон даже для таких постпанков, как они. Однако Андрей решает на всякий случай подстраховаться и провести с ними разъяснительную работу, предупредить о значимости такой, казалось бы, мелочи, как ночная тишина.

«Уважаемые соседи, домочадцы. Завтра мне предстоит выполнить невыполнимое: провести свой корабль между Сциллой безвкусицы и Харибдой бестолковости, переписать миллиард страниц кода – и всё для того, чтобы создать нечто, что мне не по душе, для людей, которых я презираю, на работе, которая меня медленно пожирает. В случае маловероятного успеха меня ждёт светлый кабинет, хорошая зарплата и, самое главное, я смогу наконец от вас съехать. В случае провала я останусь здесь – опозоренный и оплёванный, продолжу слушать через стену то дерьмо, что льётся из вашей колонки (которую я давно мечтаю разбить), и ночные вопли ваших имбецильных друзей, коих я с удовольствием отправил бы на эшафот».

Будь проклят тот день, когда он согласился заселиться в эту поганую дыру. Погнался за дешевизной. Ладно, возможно, скоро всё закончится. Главное выспаться. Освежить мутный, вымотанный до предела мозг.

Андрей находит соседей на кухне: пара, как он их называет, «малолеток», Максим и Лена, уже вернулись: она с работы, он с училища.

– Привет, ребята, – обращается он к ним, стараясь говорить одновременно приветливо и твёрдо. – Можно попросить вас об одной услуге? Не шумите сегодня вечером, у меня завтра очень трудный, ответственный день, я должен отдохнуть. Это вопрос жизни и смерти.

Максим смотрит на Андрея, затем на Лену, затем снова на Андрея и без особой уверенности в голосе произносит:

– Слушай, братан, к нам сегодня кореш из Питера приезжает.

– Не допоздна, – резко прерывает Андрей и, тут же испугавшись возможной плохой реакции на столь негативный посыл, смягчает: – Мне реально нужно хорошо поспать. На кону моя карьера и большие деньги для фирмы. Войдите в положение.

– Не вопрос, – успокаивает его Максим. – Будем сидеть как мышки. Я же говорю: он с дороги.