Принцесса выходит в свет

– Осторожнее, дорогая, там глубоко! – принцесса почувствовала, как рука Часлера охватила ее за талию и легла ладонью на живот.

– Ловко! – наблюдательно хмыкнул внутренний голос, но принцесса не обратила на него внимания, поскольку была поглощена происходящим на первом этаже.

– Мы же не хотим, чтобы вы упали и ушиблись! – ладонь герцога в порыве трогательной заботы оказалась на левой груди принцессы, и тут, конечно, поползшая вверх тумба уже перестала быть интересной.

Принцесса энергично повернулась, однако вырваться из объятий герцога не сумела, и теперь оказалась с ним нос к носу.

Точнее – нос к застежке его мантии под ключицами. Деревянные колобашки на завязках его парчовой куртки вдавились ей в кожу от пупка до грудной кости. Все четыре. Принцесса подняла взгляд.

– Как волшебно блестят ваши волосы! – проурчал Часлер, касаясь их кончиками пальцев.

Мнения внутри принцессы разделились. Средняя часть, изрядно саму принцессу удивив, взволнованно задышала, изготовилась таять и шептать какую-то ерунду вроде: «Ах какой взгляд! Какие кудри!» и «Ой, мы нравимся ему, нравимся!» Ноги были возмущены и предлагали немедленно разрешить ситуацию хорошим тычком колена снизу.

Верх, от плеч и выше, неожиданно замер в ступоре и не подавал никаких руководящих указаний.

Разнобой в реакциях объяснялся тем, что никто никогда с таким напором с принцессой за почти восемнадцать лет ее жизни не общался. Может быть, за пределами Арранты так принято? Неудобно будет начать знакомство с нарушения местных традиций.

Или принцесса действительно впечатлила герцога до умопомрачения? Чтобы разобраться, нужно выиграть время, а то он уже почти в самый нос дышит.

– Ваша Милость! – принцесса подняла локти, исхитрилась упереться кончиками всех десяти пальцев Часлеру в грудь и напомнила. – Вас ждет свадьба!

Оттолкнуться принцессе не удалось, герцог наклонился ближе:

– Может быть, это большая ошибка! – почему-то дрогнув ноздрями, сказал он.

– Ой, как может быть! – запела середина.

– Левым или правым? – твердо спросили ноги.

Голова наконец пришла в себя и вернулась к руководству – как бы там ни обстояло дело с местными традициями, сейчас для них было не время. Середину приструнили, ногам дали отбой – прием с коленом был бы чересчур жестоким. По отношению к Иселле, конечно.

– И еще нас ждет обед! – пропыхтела принцесса упираясь.

Этот аргумент показался герцогу более серьезным, он сдвинул брови.