Азиэль: Путь Крови

Магистр открыл дверь, и через небольшой коридор мы попали в мою спальню. Надо признать, я был поражён. Здесь не было роскоши, типа золотых подсвечников или шёлковых ковров с золотой нитью, как в комнате магистра. Зато здесь была огромная кровать с кучей подушек и одеялом из овечьей шерсти, а для меня это уже небывалая роскошь. Мебель была вся из добротного дерева, хоть и без различной резьбы.

– Ванная там, – магистр указал рукой в дальний проем около кровати. – Тебе необходимо смыть с себя всю эту кровь.

– “Скажи ему, что есть”, – подал голос мой учитель.

– “Упомянуть, что ты сидишь в моей голове?”, – поинтересовался я.

– “Да. И попроси его перенести пьедестал с книгой в твою библиотеку”, – как-то злобно хихикнул мой учитель.

Я сделал, как было велено, чем вогнал магистра в ступор на несколько мгновений. Однако он пару раз быстро моргнул и поинтересовался, может ли он связаться с моим учителем, но получил отрицательный ответ. Не став спорить, он удалился, пообещав в скором времени выполнить мою просьбу.

– “Почему ты не стал с ним разговаривать?” – поинтересовался я.

– “Потому что я плод твоего воображения”, – услышал я ответ.

– “Ч-чего?” – мои брови взлетели вверх.

– “Ха-ха, шучу я!” – рассмеялся мой учитель. – “Нельзя мне ни с кем разговаривать, кроме как с тобой”.

– “Ну и шутки у тебя!” – выругался про себя я.

– “Да я вообще весёлый парень!”, – продолжал он.

– “Как мне тебя называть?”, – поинтересовался я.

– “Что значит, как?”, – удивился он. – “Учитель. Мастер. Наставник. Хозяин. Повелитель”, – на последних двух титулах он едва сдерживал смех.

– “Очень смешно”, – грустно сказал я. – “Имя ведь должно быть у тебя”.

– “Ни к чему тебе его знать”, – ворчливо сказал мой наставник.

– “Но должен же я как-то к тебе обращаться!”, – возразил я.

– “Да боже ж мой, я в твоей голове, тебе никак не нужно меня называть!”, – кажется, он начинал терять терпение. – “Я ждал тебя больше двух тысяч лет не для этих глупых расспросов! Обращайся ко мне как было сказано перед этим. И дуй уже в ванную!”.

Странный у меня учитель, мягко сказать. Но он был прав – я до сих пор насквозь пропитан кровью.