Личный друг Бога

 – Просто люди, попавшие в одну обойму, в один переплет. И даже не люди. Одноживущие.»

Он махнул копьем, вышиб клинок из руки противника, ударил врага обратной стороной древка, проскочил мимо. И налетел на дерево.

Деревьев было много.

Они прятались во тьме, но ветер шумел в кронах, а под ногами мягко пружинила старая листва, и Глеб понял, что оказался на опушке леса.

Ушел…

Он обернулся.

Рыжее пламя рвалось в небо, красный дым стелился по земле, черные силуэты двигались на фоне огня, и даже отсюда Глеб видел, что лица этих людей закрыты костяными масками.

Он не сомневался, что это Орден Смерти ищет его тело.

– А вот хрен вам, – сказал он по-русски, воткнул копье в землю и присел на подвернувшуюся корягу.

Организуют ли они погоню, когда убедятся, что среди мертвых его нет?

В любом случае, маленькую передышку можно позволить. Чуть отдохнуть, а потом – уносить ноги…

Или?..

Спрятаться, затаиться, проследить за этими людьми. Потом захватить одного из них. Взять «языка».

– Не двигайся! – приказал вдруг кто-то, и Глеб вздрогнул.

– Подними руки, раб, – распорядился голос. – Медленно встань, сделай шаг в сторону и повернись.

Позади что-то треснуло – словно камень о железо ударился, – короткая холодная вспышка ожалила тьму. А через секунду пылающий комок просмоленной пакли упал Глебу под ноги.

– Ты как на ладони, раб. А у меня в руках взведенный арбалет. Делай, что я сказал!

Глеб поднял руки, привстал.

– Замри! – голос изменился. Теперь в нем слышались нотки торжества и опаски. – Так это ты, Богоборец!

Глеб покосился на копье.

Схватить, упасть, кувыркнуться через плечо, уйти в тень.

Сможет ли он опередить палец на курке?

Ничтожное легкое движение – и тяжелый болт сорвется с отполированного ложа.

Что-то чуть слышно хрустнуло, и Глеб невольно зажмурился, ожидая мгновенной смерти.

Он ощутил толчок в спину, почувствовал, как входит меж лопаток короткая стальная стрела, ломает позвоночник, пробивает грудь.

Но это было лишь его воображение.

Арбалет не разрядился.

Хруст повторился – громче, отчетливей. В тот же миг раздался глухой удар, треск, шум падения. И новый – знакомый – голос спокойно сказал:

– Ты быстро бегаешь, Богоборец.

– Ирт? – Глеб осторожно повернулся. – Ирт, это ты?

– Я…

Одноживущий раб стоял, опустив к земле тяжелый молот-клевец на длинной рукояти.