Идеальный враг

– Я не давал команды двигаться! – сержант разевал пасть так широко, что, казалось, можно было увидеть, как в его глотке рождаются звуки. – Гнутый, сядь на место! Цеце, подбери свои ходули! Кто там щерится? Пасть закрой!..

Щелкнув соленоидами, разблокировались замки. С лязгом отошли запирающие стержни. Чавкнув, ушла вверх гильотинная дверь, и в тесное помещение потек дым, воняющий горелой изоляцией. Взвыла сирена, заглушая зуммер, и бегущая дорожка огней сменила цвет на зеленый.

– Вперед! Быстро! Марш!

Вразнобой застучали по металлическому полу окованные ботинки.

Запрыгали по стенам взбалмошные тени.

– Взять ногу! – сержант ярился. – Левой! Левой!

Зеленые огни ручьем катились в открытую дверь и убегали вглубь темного извилистого коридора, направляя людей к выходу, задавая им темп движения.

– Шире шаг, черти! – ни на миг не смолкал сержант, стоя возле двери и по одному пропуская мимо себя бойцов. – Не растягиваться! – Он с силой подталкивал в спину бегущих солдат, словно впихивал их в овальную дыру дверного проема.

Рыжий, получив увесистый шлепок по лопаткам, приостановился, повернул к сержанту рябое лицо, осклабился:

– Может не надо так рьяно, сэр?

– Двигай, Рыжий! – сержант мутным взором исподлобья смотрел сквозь бойца. Непривычного человека такой взгляд испугал бы, но сержант и Рыжий давно знали друг друга.

– Новое место, сержант, – Рыжий ухмылялся. – Новое начальство. Понимаю.

– Еще одно слово, и три наряда я тебе обещаю!

– Понял, сэр!

В коридоре громыхали громом сотни окованных подошв.

Из открывшихся отсеков выбегали бойцы, на ходу перестраивались и спешили к выходам, следуя за волнами зеленых огней, подгоняемые воем сирены и тычками одинаково сердитых сержантов.

Павел покидал душный отсек последним. Он выронил карандаш, когда убирал записную книжку, и замешкался, доставая его из-под сиденья. Сержант с издевкой следил, как новичок, путаясь в болтающейся амуниции и тихо поругиваясь, ползает на коленях, отыскивая закатившийся карандаш.

– Что, писатель, тяжело начинается служба?

Света было мало, только зеленые всполохи пробегали по потолку.

– Давай, давай! – сержант шагнул от двери. – Ну что за раззява в моем взводе?

Павел наконец-то отыскал карандаш, подхватил его и выпрямился, оказавшись лицом к лицу с рассерженным взводным.

– После отбоя два часа занятий на плацу!

– Да, сэр! – рявкнул Павел, вытаращив глаза.

– Что ты там писал? – сержант чуть понизил голос.