Идеальный враг

Сержант Хэллер даже подумал сперва, что новенький компьютер отказал, и сверился с распечаткой – все верно, деревни здесь быть не должно.

И все же она была там, впереди: три домика, вросшие в землю; щербатые пьяные изгороди; крохотные, потерявшиеся в зарослях бурьяна огороды, две скирды темного прошлогоднего сена и спящая на привязи лошадь.

Ничего этого на плоском мониторе компьютера не было.

– Черт возьми! – сержант озадаченно почесал затылок. Он привык доверять картам. Но и глаза никогда его не обманывали.

– Предлагаю здесь и остановиться, – прошептал Цеце. И добавил еще тише: – Сэр…

Луна, похожая на засиженный мухами светильник, медленно плыла среди кисейных облаков. Было тихо, только звенела в ночном воздухе льнущая к людям мошкара.

– Осталось всего восемь километров, – сержант еще раз сверился с картой. – Есть ли смысл сейчас останавливаться?

– Есть сэр, – негромко сказал Гнутый, украдкой показывая на Павла.

Павел зевал. Павел тер глаза. Павел покачивался. Руки его висели, ноги дрожали.

– А он неплохо держится, – с легкой усмешкой сказал сержант.

– Да, сэр, – сказал Гнутый. – Вы нас всех загоняли. Но мы-то умеем это не показывать, а он еще не научился. Кроме того, ему не делали биоактивацию.

– Значит, ты тоже хочешь передохнуть?

– И я, сэр! – выдвинулся Шайтан.

– Поддерживаю, – сказал Рыжий.

– Устроили тут демократию, – поморщился сержант. – Сейчас переизбирать меня будете?

– Если б только было возможно, – буркнул Ухо.

– Ладно, – сержант не привык долго раздумывать. – Останемся здесь до рассвета. Первое дежурство – Цеце и Рыжий. Дальше сами делитесь. Русского не трогайте – пусть как следует отдохнет. Огонь не разводить. Расположимся прямо здесь. Поскольку деревня на карте не отмечена, туда не пойдем.

– Разумно, сэр, – ухмыльнулся Гнутый. – Я бы тоже не доверял призракам.

Сержант юмора не понял, глянул угрюмо на скалящего зубы бойца, оборвал:

– Завтра будем нагонять упущенное время.

– Будем! – посерьезнел Гнутый.

– Дальше пойдет лес, – продолжал пояснять сержант. – Местность будет не такая открытая, как раньше, так что двигаться будем широкой цепью, чтобы ничего не пропустить.

– Яйцо сложно не заметить, – сказал Рыжий.

– Такое, как у тебя, и с микроскопом не найдешь! – сержант не любил, когда его перебивают.