Золотой ключ, или Похождения Буратины. Часть 3. Безумный Пьеро

Особенно бесила последняя обязаловка: его заставили вложиться в так называемый эфирный театр, который-де должен гнать на публику какие-то “сериалы” – что-то вроде коротких спектаклей. И кроме того, настоятельно попросили подогнать парочку завсегдатаев “Ажитации” на кастинг: у них там образовалась какая-то проблема с артистами.

Вот об этом-то хомяк и думал, лёжа на пузе и посасывая Арлекинову дылду. Изрядно опавшую, но ещё на что-то годную.

Вот в этой-то идиллической обстановке у хомячка в голове и зародилась идея.

– Слушай, тут такое дело, – сказал он, с сожалением выпуская изо рта любимый предмет. – Ты же вроде в театре играл?

В блудняке

– При Пендельшванце, – рассказывал Фингал, ставя на стол порожнюю рюмашку, – действие Глаза называли расширением кругозора. А Гнотрещемыльда в мемуарах писала про какую-то осмотрительность. Остальные – кто как, но в общем где-то как-то…

– Очень интересно, – ЛИС мягко подхватил бутылку, на дне которой лежал слипшийся розоватый комок, и долил Когтеврану.

– Ну… я что-то слышал. Но за правдивость не отвечаю, – Фингал решил поосторожничать. – Примите за сказку, Лавр Исаевич.

– Конечно-конечно, никаких претензий, – Слуцкис приглашающе поднял ушки. – Ты говори, говори.

– Ну что я думаю… Все наши правители, у кого был Третий Глаз, правили долго. И уходили мирно. Без эксцессов.

– А Мимикродон?

– Тёмная история.

– Кому проиграл? – заинтересовался ЛИС.

– Не знаю, – Когтевран щёлкнул клювом. – Кажется, какому-то полковнику…

– Барсукову, небось? Тогда понятно, – пробормотал Слуцкис. – То есть Глаз помогает удержаться у власти?

– Не то чтобы вот так, – Фингал покрутил головой – затекла шея. – Есть такое мнение, что Глаз позволяет видеть возможности. Для решения задач. Любых. Если они, конечно, правильные, эти задачи.

– Фр-фр-фррр, – ЛИС издал какой-то очень лисий звук. – Выходит, вещь полезная. И всё-таки – откуда Глаз берётся? Откуда он взялся у Пендельшванца, например? Ты что-нибудь помнишь?

– Да как обычно, – Когтевран напряг память. – Где-то дней через десять после выборов мы получили автоклав. Маленький такой. В нём был Глаз.

– А в каком виде? – внезапно заинтересовался Лавр Исаевич.