Золотой ключ, или Похождения Буратины. Часть 3. Безумный Пьеро

Кабинка предназначалась для очень маленького существа. Судя по рычажку, предполагалось, что оно может управлять снарядом самостоятельно. Однако попытки Артемона подёргать за рычажок ни к чему не привели, кроме того, что на экранчике засветился красный крестик и надпись “Die Funktion ist deaktiviert”. Про деактивированную функцию Артемон понял, остальное додумал сам: видимо, при открытой головной части ничего не работало. Но что это всё такое и зачем оно такое, так и осталось неясным.

Пёс налил себе какао. Отхлебнул.

Скривился. Мальвина почему-то считала, что какао полезен для умственной деятельности. Пса от этой сладкой жижи воротило. И от книжки тоже.

Артемон вытянулся в кресле и закрыл глаза. И тотчас отрубился.

Ганимед пятнадцать пэ девятнадцать

Он пришёл в себя, когда его руки коснулось что-то холодное. Пёс вздрогнул и проснулся. И тут же, не думая, вонзил когти – тупые, источенные, но всё-таки когти – в это самое холодное.

– Кваааа! – раздалось снизу.

Это была психоаналитическая жаба.

Видимо, она пришлёпала, учуяв аромат какао. Она его просто обожала, несмотря на земноводную основу.

Артемон посмотрел на жабу мутными, осоловевшими глазами.

– Чё тебе, зелёная? – спросил он. – Какавки захотелось?

– Какакакапельку, – попросила жаба, с тоскою взирая на кофейник.

– Ты мне лучше скажи, вот это вот что? – пёс взял книжку, открыл на сложной схеме и сунул жабе под нос.

Он ни на что не рассчитывал. Однако амфибия подумала секунды две и уверенно сказала:

– Схема подачи кислорода под давлением.

Тут ещё внизу чего-то написано, я не разберу…

– Ты немецкий знаешь? – не поверил в своё счастье Артемон.

– А какакак же? – удивилась жаба. – Главные труды по психоанализу и танатологии на немецком языкекекеке. Моя какакалуша вложила мне знание немецкого языкакака.

Артемон жабу недолюбливал и всячески её щемил. Но в ту секунду он был готов её обнять, прижать и облизать.

Вместо этого он её поднял и усадил на столик.

– Так, – сказал он, протягивая к жабе кофейник.

 – Сейчас я тебе помогу. А ты поможешь мне. Идёт?

Жаба молча открыла рот. Пёс налил туда немножко горячего напитка. Амфибия издала булькающий звук и на мгновение прикрыла глазки. Потом содрогнулась всем пузом, глаза открыла и снова уставилась на кофейник.

– Ещё хочешь? – спросил Артемон. – Тогда вот здесь переведи, – он открыл книгу на первой странице.

– Мобильный малогабаритный реактивный снаряд Ганимед пятнадцать пэ девятнадцать, – прочитала жаба.