Начало и конец

Разумеется, кроме вышестоящих сотрудников. И всё это несмотря на то, что он был исключительно так называемой штабной крысой, ни разу не вынырнувшей за спасительные, всегда тёплые и уютные стены офиса подразделения.

За Стоком, у противоположной стены коридора, держа короткие автоматы у груди, располагались двое охранников. Как будто Джереми собирался бежать. Или хотя бы у него на это были возможности: с его-то простреленными плечом и ногой. Да ещё и после перенесённой буквально вчера операции над этими ранениями.

– Ничего себе, кто собственной персоной заглянул на огонёк, – не сдержался Джереми. Ему хотелось побесить Говарда, смерившего его взглядом с ещё большей неприязнью, перетекавшей в прямо написанное на его лице отвращение. – Ещё и друзей привёл, тут же прямо Джагернаута из камеры выводить придётся. Хорошо я отъелся в плену, правда?

– Руки за спину и заткнись, – коротко ответил ему Говард, не меняя выражения лица.

– Я бы с радостью, да плечо что-то подводит. Тебе не сообщили? Или ты, как обычно, прослушал на планёрке? Не напрягайся, смотри, убираю одну руку за спину, как просил.

– Тогда вытяни их вперёд, – Говард достал наручники и сделал шаг к Джереми так, чтобы надеть их на него, но при этом быть на максимально возможной дистанции.

– Эй, а гранату мне принёс или хотя бы заточку, как договаривались? – когда Говард излишне сильно стянул ему руки, подмигнув, громким шёпотом спросил Джереми и бросил многозначительный взгляд на охранников. К его разочарованию, никто шутки не оценил.

– Иди за мной. Не советую шутить. Твоё положение не самое лучшее…

– И ты правда веришь, что пара шуток над тобой мне его испортит? Ты переоцениваешь себя, утка Говард.

Сток побледнел и сжал кулаки, но в это же мгновение повернулся к выходу, не ответив ни слова. Джереми ничего не оставалось, кроме как, хромая и чувствуя с каждым шагом резкую боль от незаживших ран в плече и ноге, последовать за ним. А в голове пульсировала глупая мысль о том, что, быть может, лучше остаться в этой камере – просто закрыть эту железную дверь и сидеть здесь до конца жизни запертым, но живым.

Пройдя по тусклым серым коридорам, наконец они зашли в одну из комнат, напоминавшую допросную. Обычные стол и два стула, ничего больше. Джереми сразу же обратил внимание на две камеры, висевшие на противоположных стенах. Что ж, существовала возможность, что за его допросом будут наблюдать, и, быть может, это не позволит перейти на физические пытки.