Знак отличия. История смешного мальчишки

Играли в фанты, которые казались мне совершенно взрослым развлечением, и необычайно развивали воображение творческими заданиями: обладатель фанта должен был «жонглировать яблоками, спеть, станцевать, прокукарекать под столом или изобразить необычное дикое животное».

Мама с тётей были фанатками индийских фильмов и слушали записанные на аудиокассетах песни из фильмов «Господин 420», «Танцор диско» и так далее. А вот карточные игры не приветствовались и пьяных людей в доме не было, сохранялась обстановка дружеского тёплого общения, пели и армянские национальные песни.

Ежегодно я уезжал летом из курортного города Сочи в Сухуми (с 1992 года возвращено историческое название Сухум), там жили бабушка и дедушка по линии мамы. Друзья разъезжались по детским лагерям, и мне было чертовски обидно – как компанейский человек я сразу представлял себе, что мои приятели дурачатся, развлекаются, устраивают розыгрыши и мажут друг друга по ночам зубной пастой. Ехать к бабушке для пацана казалось не круто и не престижно, но эти минутные настроения проходили сразу, как только я садился в автобус или на «Комету».

Родители моего деда приехали в Сухуми из Турции, из города Тробзона, и Миша проводил у них каждое лето. Отправляя Мишу к бабушке с дедушкой, я надеялась, что, играя с детьми во дворе, Миша сможет выучить армянский язык, ведь в садике основным языком для общения с детьми и воспитателями был русский. Но не получилось.

Мой родной язык армянский, я окончила армянскую школу, но в связи с тем, что 50 лет живу в Сочи, иногда ловлю себя на том, что некоторые мысли мне легче выразить по-русски.

    Сусанна Галустян, мама

Колоритный отдых в Сухуми запомнился навсегда – это самобытный живописный город, со множеством парков и скверов, набережными, древней архитектурой.

Домик бабушки и дедушки находился у моря, вокруг росли субтропические растения, а в саду апельсины, хурма, фейхоа и множество других экзотических фруктов. Навык таскать яблоки с соседских деревьев в Сухуми не требовался – невероятное гостеприимство местных жителей выражалось в том, что ребёнку в любое время суток можно было войти в дом, сесть за стол и попросить поесть.