Безмолвие цвета Green

Бурчал, как старик, а самому-то еще недавно только полвека с чутком и минуло:

– Да я сейчас не про святые их деяния – про любовь. Про их сближение человечье. Лечила, значит, девица его, а взамен обещанье взяла замуж ее взять. Только не сдержал тот свое слово княжеское. Этак часто бывает.

Но лекарица все же принудила его к алтарю, до конца болячки не изгнав. Будто знала. Иначе говоря, женила на себе под угрозой скорой его кончины[8 - Имеет ввиду «Повесть о Петре и Февронии Муромских» – литературном памятнике XVI века, историческая основа которого вызывает у специалистов много вопросов.

].

Всегда ли так любовь с обмана начинается? Про мирскую любовь говорю, не о духовной речь. Возлюбить Святой дух порой много легче, чем выбрать на твой век спутника. Верно?

А может и не стоит о том сильно думать? Как говорится «Яко же сладок мед на сердце легком», – царь устало покачнулся.

Казалось, что собственный премудрый монолог показался ему в тягость. Но не привык государь дело на полдороги бросать.

Лишь только хмель понемножку убавлял громкость еще недавно столь звучного ораторского баса:

– Вот боюсь, что при этой неразберихе за давностью лет совсем забудут, как на самом деле с этими иноками из Мурома было. Да еще и празднование какое по их светскому житию устроят.

Или того хуже – по сказочке, присочиненной от слагателя Ермолая. Как думаешь? Может и ошибаюсь.

Голос государя уже еле-еле доносился до ушей гостьи. Будто засыпал, уморившись. На тот момент совсем не осталось у нее страха животного.

Не то, чтобы успокоилась. Были мысли всякие. Благо давал родной батюшка ей возможность не слепо по «Домострою»[9 - Сборник правил и наставлений по всем направлениям жизни русского человека XVI века.] подчиняться, а частенько и самой порассуждать да подумать. А другие бы «строптивицей» прозвали.

Но не зря же Евдокия у тятеньки любимой дочерью слыла. И даже грамоту какую-то девке преподал, что по тем временам другие отцы и для отроков своих не мыслили…

Отвлеклась было Евдокия, а тут громкие слова царевы будто рекой неистовой вновь на нее хлынули:

– Любовь – это вера безоглядная.

Вот вел я разговоры с посланником Папы римского – хитрющим Антошкой Поссевино[10 - Иезуит, посланник Папы римского Григория XIII ко двору Ивана IV.], что прибыл нас с поляками мирить. А на самом-то деле хотел он наших святых с латинянскими объединить. Эко чего выдумал! Не солоно хлебавши и убрался восвояси ни с чем.