Все демоны ада. Книга вторая. Фарьяз

– И вот еще, Тэлпмораук! – крикнул ему вслед Фарьяз, – Если ты притащил с собой какое-нибудь мощное колдовство, то забудь о нем – все магические проявления здесь будут распознаны и обузданы, прежде чем наберут силу. Не думай, что сможешь устроить мне диверсию.

Тэлмер даже не оглянулся. Его отвели в темный, сухой каземат, где он и провел ночь. Утром его, спящего невинным крепким сном, разбудили все те же Рон и Вэнс и, ни слова не говоря, вывели на дворцовую площадь.

Зрителей было немного – оцепление из демоноидов, сам Фарьяз c небольшим отрядом из личной гвардии, четверо оставшихся колдунов и – Тэлмер вздрогнул – Адо и Шико, тоже закованные в цепи и под охраной.

– Ничего, – шепнул Шико Ализьену, – Тэлм, наверняка, и не в таких переделках бывал. Вот увидишь, в самый последний момент он что-нибудь придумает. Прям, как в героических романах.

– Это не роман, Шико, – тихо и печально отозвался Адо, – К сожалению, это не роман… – но и он смотрел на друга, в глубине души надеясь на чудо.

Тэлмера вели к странного вида конструкции, разместившейся посреди площади и созданной из дерева и металла. Прямоугольная рама стояла на массивном постаменте, в нижней ее части установлены были одна над другой две доски, с полукруглыми вырезами явно для человеческой шеи. Верхняя доска легко скользила в пазу вверх-вниз. К нижней доске с одной стороны примыкало что-то вроде наклонного помоста, с другой стороны прямо под отверстием стояла корзина.

Жуткое сооружение дышало ненавистью ко всем живым существам. Оно словно вышло из ночных кошмаров. Ее ауре холодной жестокости могли бы позавидовать даже Хранители.

Тэлмера в полной тишине подвели к устройству для казни. Все вокруг замерло, даже воздух. Фарьяз сидел на вынесенном троне неподвижно, как уродливая статуя.

Доски с отверстиями развели. Адо и Шико с ужасом наблюдали, как Тэлмера приковывают к наклонному помосту – спасение все не приходило. Верхняя доска опустилась, обхватив шею Тэлмера. Щелкнули запоры, закрепляющие этот страшный ошейник. Фарьяз встал, опираясь на секиру, и поднял руку. Палач (колдун, овладевший демонической сущностью боли) приготовился спустить пружину, удерживающую нож.