Все демоны ада. Книга вторая. Фарьяз

– Что именно?

– Что Морвил, теперь уже Фарьяз, решится на демоническое перерождение… – после паузы Тэлмер продолжил, – Я тоже кое-что почувствовал этой ночью – где-то на пределе восприимчивости, я уловил чью-то боль… вселенскую боль. А во время перерождения тот, кто решается на это, перебрасывается во Вселенную Демонов, чтобы страданиями уничтожить слабость и укрепить тело. Я не знаю, как это происходит, и не знаю, почему это возможно только в святилище Гормеруарз; знаю лишь, что при этом получается гигантский пробой пространства, и здесь, на краю Вселенной, мы запросто могли это почувствовать.

– Понятно… А послушай, Тэлмер. Все хотел тебя спросить… Почему ты сразу нас отсюда не перенес туда, куда надо? Или энергии мало?

– Ну, во-первых-то, – да – энергии маловато. А во- вторых, я довольно-таки смутно себе представляю, где мы находимся. А для удачного перемещения требуется не только точно знать место прибытия, но и точку отправления.

– Ага-а!… И что, если так хорошо представишь, то можно попасть в любую точку Вселенной? Тогда почему же всякие «темные» личности этим не пользуются?

– Если ты имеешь в виду материализацию в какой-нибудь сокровищнице, – усмехнулся Тэлмер, – То такой номер не пройдет – все действительно стоящие сокровищницы снабжены специальной магической защитой от подобных инцидентов. А нестоящие просто не стоят затрат энергии – проще воспользоваться старыми испытанными методами.

– Ну, хорошо. А куда мы отправимся, когда наконец выберемся из этих болот?

– Ну, сначала надо выбраться. Давай, буди Шико. Уже день на дворе, а он еще дрыхнет.

Пока Ализьен будил Шико, Тэлмер определил новое направление пути и достал бинокль.

– Хотите, я вас обрадую? – спросил он у друзей, рассматривая что-то в бинокль поверх трясин, поросших невысокой травой (В это утро, как ни странно, тумана не было, и видно было далеко и ясно).

– Что там такого радостного? – недовольно проворчал Шико, которому, по его мнению, всю ночь не давали спать.

– Стрелка указывает прямо на лесок очень заманчивого вида всего в каких-то десяти километрах отсюда.

– Здорово! – восхитился Адо, – Еще до «обеда» будем на твердой земле.