Лестница страха

Тот машинально кивнул: жив, значит, в порядке.

– Что с рукой?

Следователь пощупал предплечье. Было больно.

– Черт его знает. Может, перелом.

В это время другой полицейский надел наручники на поверженного гастарбайтера.

– Сейчас лекарей вызову, – сказал он, поднимая его рывком. – Пусть вас осмотрят. Спускайтесь, мы тут сами.

Машина скорой стояла неподалеку с самого начала операции – ждала.

Смирнов увидел, как с балкона выволакивают обмякшего и причитающего гастарбайтера. На вид ему было лет двадцать.

Он не сводил глаз с лежавшего на полу товарища. Следователь вдруг подумал, что это вполне мог быть его отец.

Полицейский протянул следователю его пистолет, тот неловко сунул его травмированной рукой в кобуру.

Через пять минут ему уже обрабатывали предплечье: оказалось, что перелома нет, зато имелся весьма внушительный ушиб и была содрана кожа. Рука постепенно отекала, и двигать пальцами стало несколько затруднительно.

– Повезло! – констатировал фельдшер, накладывая повязку.

 – Чуть посильнее – и непременно сломал бы. Чего он на вас полез-то?

– Без понятия, – отозвался Смирнов.

В кармане зазвонил сотовый. Следователь неуклюже вытащил его левой рукой и взглянул на экран: начальник! Смирнов плечом прижал телефон к уху.

– Да, Павел Петрович?

– Алло! Вы там как? Закончили? – Говорил начальник быстро и отрывисто, делая между фразами короткие паузы.

– Да, ребята уже грузят нелегалов.

– Все нормально прошло?

– В целом да. – Смирнов понимал, что эти вопросы – лишь предисловие.

 – Что-то случилось, Павел Петрович?

– Приезжай, объясню в отделе.

– Прямо сейчас?

– Да. Думаю, там справятся без тебя.

– Легко, – согласился Смирнов. – Буду через полчаса.

– Давай, – буркнул начальник и отключился.

Следователь спрятал мобильник в карман и направился к Дитрукову: нужно было предупредить, что его срочно вызывают. Чутье подсказывало: произошло убийство, иначе Петрович не стал бы звонить, а дождался, пока Смирнов вернется, или отправил на место преступления кого-нибудь другого.

По мокрухе у Смирнова были самые высокие показатели раскрываемости, так что Несметов упорно поручал все сложные дела ему. Это было, с одной стороны, лестно, а с другой – напряженно, потому что работать приходилось как проклятому. Вот и теперь, похоже, подвернулось что-то муторное.

– Соседи ничего не слышали. Это и неудивительно, стены в доме толстые. – Дымин ткнул ручкой вправо, не поднимая глаз от блокнота.