Даль

Открутили тугую крышку, и изнутри вырвался едкий аромат. Потом схватили ножик и отрезали нижнюю часть футболки.

Она почище тех тряпок.

Вылили жидкость на ткань. Ноги понесли обратно.

Девушка сидела в той же позе и не отрывалась от окровавленной руки.

– Будет больно.

Он опустил ткань на ладонь. Девушка пискнула, но на большее не решилась. Чувство вины задушило все иные ощущения. Он обмотал ткань вокруг раны и коряво завязал.

– Не надо было этого делать.

Виноватые глаза глянули на него.

– Позже поменяю повязку.

Слезы капали на штаны.

– Я не хотела…

– Тихо.

Он держал ее за руки, мысленно ругая.

Понятно, что слабая, понятно, что хочется вырваться из кошмара, но зачем резаться? Больная. Только проблем бы больше стало.

– Тише.

Он обернулся на разбитую кучу у шкафа.

Надо убрать от греха подальше, а то найдется еще один желающий.

Он дернулся в сторону, и девушка тут же выпрямилась, не поднимая головы.

Где-то в кухне должно быть ведро.

И действительно, в одном из нижних тумбочек стояло невысокое ведерко с грязным дном.

Он вернулся в гостиную. Пальцы аккуратно хватали стеклышки и скидывали в общий котел. Тут он заметил, как прозрачное стекло окрашивается в алый.

– Да чтоб тебя, ну естественно.

Он склонил голову, встал и вернулся в кухню. Открыл бутылку и вылил жидкость на пальцы. Жжет. Показались две горизонтальные полоски на подушечках указательного и среднего пальцев. Через них медленно сочилась кровь. Он соображал. И не сообразил ничего лучше, как окатить из бутылки всю ладонь и плотно прижать подушечки к выпуклой мышце большого пальца.

Затем вернулся и докончил начатое.

Вроде все.

На него пялился белый циферблат с застывшими стрелками.

А что же делать с тобой?

Почему-то совсем не хотелось с ним расставаться. Он поднял круг и огляделся, выбирая подходящее место.

– Можно на камин, – робко предложила девушка.

Он послушался, поставив его на выступающий бортик.

– Выкину осколки.

И вышел наружу. Воздух казался менее спертым в сравнении с домашним.

Лес покрывал все тот же мутный туман, препятствующий светилу. Он повернулся в сторону чащи и сделал только пару шагов, громыхая ведром, как наткнулся на лесорубов. Те укладывали топоры в прямоугольный деревянный ящик, подпиравший стену дома и бывший, видимо, лежачим сараем. Рядом лежала кучка дров. Лбы у вернувшихся были мокрые, на спинах – темные влажные полосы.

– Что несешь?

– Разбитое стекло.

– Правильно.