Чародеи

Так… нет… нет, я вам говорю, ведьмы нам не требуются, стервы – тоже. Вообще мы предпочитаем иметь дело с мужчинами. Будет нам мужчина? Когда будет, тогда и звоните. Ишь ты: плюется она, стерва! Алена, – поднимает она другую трубку, – перевожу все разговоры на тебя. Меня в ближайшие полчаса нет… Честно говоря, – вздыхает хозяйка, – я во всю вашу магию не верю. Как там не говори, а все это обман. Но… люди хотят обманываться, и мы делаем то, что они хотят. Да, мы обманываем, но честным образом.

– Вот резиновый шарик, к примеру, – Калиостро берет сморщившийся шарик, – с глюком господина Дубравского.

Шарик приобретает очертания куклы. Неожиданно она открывает глаза и начинает выделывать танцевальные па.

– Ой, – всплескивает руками Алена, – какая прелесть!

– Я с вами, девками, что хочу, то и сделаю. Хочешь, сделаю из тебя Мерилин Монро?

– Конечно, хочу.

Калиостро пристально смотрит на нее: снизу начинает дуть ветер и подол ее платья поднимается вверх, но она даже не пытается его опустить.

– Платье задирать я и сама умею.

– В этом мы не сомневаемся.

– А скажите, – говорит Пентиум, который все время сидел за со скрещенными на груди руками, хмурый с презрением во взгляде, – для чего нам Алена нужна? Она же дура.

– А кто об этом знает. Пока рта не раскроет, никто и не знает. Побудет тут с нами годик-другой, пооботрется, научится вашим фокусам…

– У нас не фокусы – магия! – становится в позу Калиостро.

– Знаю я вашу магию: обман, да и все, – машет рукой хозяйка. – Я предлагаю эти деньги, которые барон заработал, истратить на оформление помещения. Надоели эти ваши черные обои. Что вы можете предложить?

– Я против деньги тратить на всякую ерунду, но… – начинает Мюнхгаузен.

– А тебя никто и не спрашивает, – прерывает его Калиостро. – Знай свое место, козел!

– Нельзя так… нельзя так, господа, – наставительно заявляет хозяйка, – во-первых, он добровольно деньги отдал… да, в грубой форме, но отдал… во-вторых, он талантливее всех вас здесь вместе взятых.

– Что? – вскакивают все со своих мест, а Калиостро даже бросает свой ноутбук на пол.

– За порчу имущества будем вычитать из премии, – заявляет хозяйка.

– Да-а! Один любимчик уже есть – этот недоумок, – указывает Калиостро на Сталкера, – теперь другой нашелся.

– Да, я талантливый! – орет Мюнхгаузен. – А вы – ничтожества!

– Все по местам! – стучит по столу хозяйка.