Авиатор: назад в СССР 6

Табло аварийного остатка и «Выработка 3й группы баков» горят в паре и весьма меня нервируют. Быстро набрал 7000 метров и теперь можно попробовать связаться с Баграмом.

– Окаб, я 206й, к вам с посадкой. Прошу заход с ходу, топлива мало, – запросил я.

Глава 2

На большой высоте снизил обороты двигателя до минимального режима, при котором возможно лететь без снижения. До аэродрома ещё 70 километров, а остаток у меня менее 300.

– Окаб, я 206й. Прошу заход с ходу, как приняли? – повторно запросил я руководителя полётами, но тот продолжал раскидывать самолёты, освобождая мне коридор для захода на посадку.

– Понял, 206й. Разрешил с ходу. Посадочный курс 30.

– А ветер у земли?

– Ветер попутно-боковой, порывистый до 15 м/с.

Сказать, что ситуация нервная, было бы явным преуменьшением. Вот слово «жопа» – самое лучшее название для данной ситуации.

Мне ещё нужно будет как-то развернуться, чтобы зайти не с попутным ветром. Эксплуатационные ограничения самолёта мне не позволяют выполнить посадку в таких условиях.

Не на войне, будь я даже в непосредственной близости от аэродрома, уже бы били тревогу и приводили в готовность аварийные средства. Причина банальная – если сразу сесть не получится, на повторный заход тебе уже не хватит.

– Окаб, я 206й. Буду садиться с посадочным 210 с попутным ветром, – принял я решение, поскольку выписывать манёвры с таким остатком топлива нецелесообразно.

– Понял вас, 206й. Разрешил, – смирительным тоном говорит руководитель полётами.

Он прекрасно знает, что в Баграме посадка с этим стартом, инструкцией не предусмотрена. А здесь ещё и ветер, и малый остаток. Вдобавок самолётов куча в воздухе, которые теперь должны подождать, пока я приземлюсь. Но я не специально, мужики. Из добрых побуждений сжигал керосин до последнего, чтобы прикрыть Буянова.

Ещё умудриться нужно будет, чтобы остановиться на полосе. Попутный ветер будет меня нести вперёд со страшной силой, а тормозной парашют не помощник в торможении. Он попросту может не наполниться.

– 206й, удаление от точки 30 километров. Ваша высота? – запросил у меня руководитель ближней зоны.

– Окаб, 7000. Приступил к снижению.

Начал снижаться, высотомер стал быстро отсчитывать изменение высоты. Притянул ремни подвесной системы. Это на случай, если придётся сильно тормозить, чтоб не «поцеловаться» с прицелом перед собой.

Снижаюсь быстро. Вот уже и предпосадочная прямая аэродрома, которую мы обычно не используем для посадки.