Авиатор: назад в СССР 6

Теперь буду готовиться выслушивать за сверхзвуковой проход.

– Сергеич, как аппарат? – залез на стремянку Дубок, помогая мне снять с себя шлем.

– Во! – показал я ему класс, подняв большой палец вверх. – Правда, я бы пневматики поменял. Стёрлись уже.

– Когда ты только успеваешь! – похлопал меня по плечу мой техник, чуть не отбив его своей мощной ладонью. – Чуть не забыл, – сказал Дубок, протянув мне конфету.

– Добре, Елисеич!

– Тут девчонка приходила, Сергеич. Ждала тебя, я ей сказал, что ты скоро будешь.

Первая мысль была, конечно, об Ольге. Хотелось бы мне думать, что её утреннее поведение было просто связано с подъёмом не с той ноги и накопившейся усталостью.

– Она в кабинет пошла? – спросил я, расстёгивая подвесную и расслабляя ремень кобуры.

Дубок слегка задумался, а потом расстроено покачал головой.

– Не про ту думаешь, Сергеич. Новая девчуля. У неё ещё пальцы розовым подкрашены, – ответил Дубок, намекая на маникюр Ани.

– Жаль. Я уж подумал…

– Оленька наша в госпитале. Там раненых много опять. Слух пошёл, что не совсем всё по плану пошло. Много потерь…

Не успел договорить Дубок, как рядом с самолётом, появился Бажанян. Мокрый, злой и с двумя сигаретами во рту.

– Родин-джан, почему на мою задницу сыплются шишки из-за тебя? – воскликнул он.

– Товарищ подполковник, не понимаю о чём вы.

– Ай, чтоб у тебя дети также отвечали, когда ты их ругать собираешься. Вот, мамой клянусь, был бы ты моим сыном, ремнём бы по твоей волосатой заднице отработал, – и ведь высунул поясной ремень Араратович, чтоб продемонстрировать свои намерения.

– Тигран Араратович, так я ж вам хочу сказать, что…

– Ты мне без вот этих отмазок – отказ у тебя был, связь пропала, в развороте ты был, налёт набирал, – продолжал махать передо мной ремнём Бажанян. – Там что, опять духи шли?

– Вообще-то, да, товарищ подполковник.

Тут у Бажаняна закончились аргументы.

– Тогда кнерек! Аргели тебе от меня, – сказал Бажанян, в своих словах употребив «уважение» на армянском. – Пойду за тебя нагоняй получать. Вот ты молодец! И виноват, и красавчик оказался! Был бы женщиной, к себе бы пригласил на коньяк.

Если честно, немного непонятно. И похвалил, и вздёрнул, и пошёл дальше! Кто этих командиров разберёт.

Я рассказал Дубку, что нужно на самолёте более тщательнее проверить.