Княжеский посох. Историческая повесть о великом князе Войшелке

– Может, оно и так, – рассудительно ответил Елисей, – только одно дело править недругами и совсем иное – другами.

– Что ж, подумаю и завтра дам ответ, – закончил прием Миндовг. – А сегодня приглашаю на пир. Мой сын Войшелк будет тебя сопровождать и, думаю, сдружитесь. Вы, похоже, погодки.

Так Елисей познакомился с Войшелком. Они действительно были почти ровесники. Сын Миндовга отличался от отца моложавостью, светлым ликом и редкой, слегка вьющейся, бородкой. Зато полностью перенял стремительность и напористость.

– Вот ты предлагаешь нам принять Христа, – обратился он к юному князю, прогуливаясь с ним по берегу озера. – А как же заповедь «не убий»? Как нам тогда защищаться от татар, тевтонцев и остальных ворогов? Они только и ждут, чтобы мы подставили им обе щеки.

– Когда встаёшь на защиту малых и сирых, то и смертный грех прощается через покаяние.

– Получается, что, защищая Чёрную Русь, мы при этом не только грешим, но ещё должны и покаяться, – ухмыльнулся Войшелк.

– Весёлого мало, – согласился Елисей, – потому что греха всё равно не избежать.

– Как так?

– А разве не грешно взирать безропотно, когда твоих родных и близких насилуют и убивают?

– Тогда зачем Иисус к смирению взывает?

– Чтобы укротить гордыню.

– Выходит, близких я могу защищать, а меня пусть рвут на части!

– Именно, – мягко улыбнулся Елисей. – Спасителя примешь, когда полностью вверишь Ему себя.

– Что-то слишком мудрёно, – покачал головой Войшелк. – Как ни крути, а своя рубашка ближе к телу. Тут надо крепко поразмыслить.

Ежели сын Миндовга имел время на раздумье, то самому князю медлить было нельзя. Собрав дружину, Миндовг окинул воев колючим сверлящим взглядом:

– Ну что, пора крест целовать.

Дружинники возроптали. Всю жизнь покланялись они богу войны Перкуну и не желали Иисуса, который смиренно пошел на распятие.

– Не хотим служить Христу, – твёрдо рёк убеленный сединами Гордень.

– Не мы будем служить Иисусу, а он нам! – назидательно воздел палец Миндовг.

– Как так?

– Я кому угодно поклонюсь ради Новогрудка. Без единой капли крови обретем Чёрную Русь. Навеки! Как Рюрик, Русь!

– А татары? А рыцари? А Данила с братом Василько? – усомнился Гордень. – И сейчас лезут со всех сторон, как саранча. Сечи не избежать.

– Нам ли бояться сечи! – весело воскликнул Миндовг.