Княжеский посох. Историческая повесть о великом князе Войшелке

– Завтра в церкви покаешься, – властно приказал митрополит, – а сейчас – на колени!

Лукша послушно исполнил приказание. Священник осенил его крестным знамением, прочитал над ним молитву и торжественно возвестил:

– Перед Отцом, Сыном и Святым Духом освобождаю тебя от клятвы.

Лукша отбил низкий поклон, перекрестился на икону Христа и тихо изрёк:

– Благодарствую.

– Так что, по рукам? – подступил к нему Войшелк.

Оружейник ещё ниже склонил голову:

– Не могу, княже.

– Тебя же митрополит избавил от клятвы!

Лукша тяжело вздохнул:

– Не в его это власти.

– А в чьей?

– Божьей.

– Митрополит и рёк от имени Христа.

– Говорить он может, а вот избавить…

Хозяин с сомнением покрутил головой и твёрдо закончил:

– … Вряд ли.

– Да я тебе в бараний рог скручу! – гневно воскликнул Войшелк, хватаясь за меч. – Голову враз снесу!

– Вот это в твоей власти, – спокойно ответил Лукша. – Руби.

Великий князь вплотную подошёл к хозяину и, в упор глядя ему в глаза, гневно спросил:

– А Вилейка по доброй воле замуж идёт?

– Не пытал, – развёл хозяин руками.

– А ты спроси.

– Не приведи Господь девкам женихов выбирать, – проворчал Лукша. – Как я велю, так и будет.

– Нет, всё будет по слову моему! – словно молниями, сверкнул очами великий князь.

Лукша непроизвольно втянул голову в плечи, но ни на шаг не отступил:

– Ты, княже, княжеские дела верши, а в моем доме ты не указ.

Войшелк сообразил, что на испуг Лукшу не возьмёшь и, отведя его в сторонку, зашептал на ухо:

– Да пойми ты, дурья голова, её никто не возьмёт.

– С чего бы?

– А с того, что испорчена она.

– Кем?

– Мною.

– Ты князь, таким правом и владеешь.

– В том-то и дело, что моё право здесь ни при чём. Сошлись мы на Купалу. Она и ведать не ведала, что я князь.

– Сучка! – взревел Лукша. – Отведает она у меня отцовской плети! Три шкуры спущу!

Бояре непроизвольно втянули головы в плечи, а митрополит перекрестился.

– Тише ты, – успокаивающе положил руку Войшелк на плечо Лукши, – не позорь девку.

– Ежели жених побрезгует, – развёл хозяин руками.

Великий князь вспыхнул, как багровый закат.

– Что ты мелешь? Как ты дерзнул предложить князю то, чем смерд может побрезговать?

– А не надо было портить, – выдавил Лукша и втянул голову в плечи в ожидании жестокой расправы.

Каким-то чудом Войшелк сдержался:

– И кто же он?

– Кто?

– Не прикидывайся. Ты прекрасно ведаешь, о ком я говорю.