(Не) курортный роман

Две счастливые улыбающиеся физиономии и кольцо на безымянном пальце, которое довольная я гордо демонстрирую в кадре:

– Нашла. Да, почти год. Год, месяц и две недели, если быть точной.

– Это целых тринадцать с половиной месяцев!

– Да, спасибо, капитан очевидность, – закидываю в рот дольку горького шоколада и хватаюсь за бутылку привезенного Федей вина. – И к чему ты клонишь? – спрашиваю, щедро плеская в бокал.

Интересно, Нагорный пожалеет о своем решении выдернуть меня в командировку, если завтра я появлюсь в аэропорту зеленая и мучаясь похмельем? Если да, то я напьюсь ему назло!

– Ты не думала, что этой свадьбы не должно случиться, Стеф?

– Звучит страшно.

– Зато реально. Сама посмотри: вам постоянно что-то или кто-то машет. Встречи, командировки, ссоры, то вы расходитесь, то сходитесь. Качели! Как давно ты не надевала то кольцо, которое он подарил?

– Оно мне велико.

– И за целый год, месяц и две недели ты не нашла времени унести его ювелиру, чтобы подогнать по размеру? – я прямо вижу, как скептически выгнулась бровь подруги.

Если отбросить эмоции, Ксю говорит вполне логичные вещи…

Ксю? Или алкоголь во мне, который чуточку притупил бушующие с самого утра эмоции?

Я, конечно, никогда не была суеверной. И для меня все эти “знаки свыше” – чушь и отговорки. Но что, если подруга права? За целый год можно было найти, как минимум, триста шестьдесят пять возможностей расписаться и обзавестись заветными штампами в паспортах.

– Ксю.

– Ага?

– Просто, чтобы ты знала. Я ненавижу, когда ты права!

Утро начинается с боли. Хотела бы я сказать, что только душевной, но нет. Головной. Ровно в шесть ноль-ноль, когда о своем существовании напоминает будильник, я стягиваю с глаз плюшевую маску для сна. Желание умереть достигает своего апогея.

Вчера так увлеклась, что одна приговорила целую бутылку вина. Полночи провисела с Ксюхой на телефоне.

А Федя так и не позвонил.

Нащупываю под подушкой телефон, просматриваю уведомления. Тешу слабую надежду на то, что хоть утром увижу сообщение от жениха. Пусто. Львовна и та отправила голосовое, а от Федора ни словечка. Даже “доброе утро” не написал! Хотя я точно знаю, что в это время он уже не спит.

Заползаю с головой под одеяло.