Самоцветный быт

Потом конец номера – 43 и затем уже сквозь туман середину – 02.

Со службы Ежиков уходил необычным образом. По лестнице за ним шла вся канцелярия и неизвестные небритые люди из 3-го этажа, показывавшие на него пальцами, курьеры и мальчишки-папиросники. С обеих сторон Ежикова под руки держали две машинистки.

Ежиков говорил расслабленно:

– Может быть, это еще опечатка. Я покупаю себе комнату…

Отдельно уходил унылый и молчаливый Петухов. Его номер от ежиковского разнился только на одну единицу. Навеки Петухов получил кличку «Теория вероятности».

Если кто-нибудь думает, что я выдумал этот рассказ, пусть посмотрит таблицу выигрышей в 500 рублей золотом.

    1924

Как он сошел с ума

1

Дверь в отдельную камеру отворилась, и вошел доктор в сопровождении фельдшера и двух сторожей. Навстречу им с развороченной постели, над которой красовалась табличка: «Заведующий Чаадаевской школой на Сызранке. Буйный», поднялся человек в белье и запел, сверкая глазами:

– От Севильи до Грена-а-ды!! Наше вам, гады!! В тихом сумраке ночей! Раздаются, сволочи, серенады!! Раздается звон мечей!.

– Тэк-с… Серенады. Позвольте ваш пульсик, – вежливо сказал доктор и протянул руку. Левым глазом он при этом мигал фельдшеру, а правым сторожам.

Белый человек затрясся и взвыл:

– Мерзавец!! Признавайся: ты Пе-Де шестьдесят восемь?

– Нет, заблуждаетесь, – ответил доктор, – я доктор… Как температурка? Тэк-с… покажите язык.

Вместо языка белый человек показал доктору страшный волосатый кукиш и, ударив вприсядку, запел:

– Ужасно шумно в доме Шнеерсона…

– Кли бромати, – сказал доктор, – по столовой ложке…

– Бромати?! – завыл белый человек.

– Морфий под кожу, – задушевно шепнул доктор фельдшеру.

– Морфи?! – завопил человек. – Морфи?! Бейте, православные, Пе-Де шестьдесят во- семь.

Он размахнулся и ударил доктора по уху так страшно и метко, что у того соскочило пенсне.

– Берите его, братики, – захныкал доктор, подтирая носовым платком кровь из носа, – наденьте на него горячечную рубашку…

Сторожа, пыхтя, навалились на белого человека.

– Кар-раул!! – разнесся крик под сводами Канатчиковой дачи. – Карр! шестьдесят вос!.. ап!!

2

В кабинете доктора через два месяца сидел печальный, похудевший человек в пальто с облезлым воротником и мял в руках шапку. Вещи его, стянутые в узел, лежали у ног.