Бывает. Pulp fiction

Чайковского, сочетание старомодного обаяния и истинной образованности, создали тот свирепый коктейль, который на протяжении последних лет пил ранее независимый, до сих пор холостой художник. И прерывать своё, не совсем законное предприятие, вовсе даже не хотел и не думал! Что говорить, он был обрадован. Разом решались все проблемы сегодняшнего вечера. Совсем! Про вектор же направленности было известно следующее. Супруг уехал в очередную творческую командировку в горы Сихоте, какого там Алиня, на поиски подземных сокровищ.

Был он геологом и ничего удивительного в его внеплановом отъезде не было, a супруга, Варварой именуемая, вместо посещения подруги какой, или фитнесового центра, взяла и посетила старого маститого художника слова! Можно так и сказать, муза меня сегодня посетила. Но, в отличии от той, которая посещала Высоцкого, никуда уходить не собиралась, а думала встретить не только какой-то там рассвет, но и день в постели повелителя слов и образов! Музы они такие! Пригласив даму войти и усадив её перед экраном плоского достаточно телевизора, писатель сообразил. В доме нет ни кофе, ни спиртного, o чём и не преминул сообщить своей подруге, a та в ответ гордо вытащила из своей сумки бутылку Текилы, упаковку нежной пармской ветчины, кусок сыра, хлеб, лимон, соль в солонке, виноград и пачку растворимого кофе. Мол, под такими не жизненными предлогами, милый мой, ты от меня не отвертишься! И, вольно и плавно, понесла всё своё, принесённое и исконно ей принадлежащее, на кухню! Оно-то конечно, с милым рай и в шалаше, но, если шалаш будет уютно оборудован и снабжён припасами и удобствами, то и ещё лучше. Палицкий наш действительно с какого-то боку-припёку был отдалённым потомком исторического дьяка. Во время оно, власти советской, за такое отдалённое родство вовсе не трогали. В то время как всякие там Трубецкие и Ляписы-Шереметьевы в разговоре, для прояснения ситуации, бросали: Из крепостных, естественно! Палицкий, без всяких, не сомневался, про прадеда если кто и знает, то это народ учёный, a что бы широкие слои населения, то вряд ли. Вот сейчас в империи Российской на графьёв, да князей раздолье. Во главе комитета государственного -Ромодановский, Думу Государственную с высокой трибуны озирает Нарышкин. Голициных и прочих Рогозиных с Михалковыми и не перечесть. А ему вот отлуп вышел. Самое бы время родовой фомилией тряхнуть. Погордиться! Ань нет, нельзя! Читатели и издатели знают своего писателя как Варлама, да ещё и Геленджиковского.