Мама для Ромашки

Даже не рискую приоткрыть дверь шире, а как какой-то маньяк, заглядываю в приоткрытую щель.

Алиса. Она. Сидит ко мне в пол-оборота на крышке светлого деревянного стола, закинув нога на ногу, и что-то тихо бубнит себе под нос. В одной руке открытая папка с документами, которые она рассматривает, быстро пробегая глазами, а второй девушка нервно теребит ручку.

Припадаю плечом к дверному косяку и непроизвольно растягиваю губы в улыбке.

Мила. Когда не задирает упрямый подбородок, не дерзит и не кидает колкие взгляды – ледышки.

Длинные светлые локоны, что еще днем были собраны в толстую косу, разметались, легкими волнами ниспадая на плечи и обрамляя ее аккуратное личико.

Удивительно, как внешне такая миниатюрная куколка, идеальная от и до, может быть дерзкой любительницей машин. До сих пор в голове не укладывается.

Неожиданно мобильный девушки начинает звонить, и та, едва не подпрыгнув от неожиданности, со злостью проводит пальчиком по экрану телефона, очевидно, сбрасывая вызов. Длинная светлая прядь падает на лицо, и она забавно пытается ее сдуть, в итоге, запустив ладошку в волосы, мимолетным жестом откидывает непослушный локон.

Вот проклятье!

Сжимаю челюсти, когда по позвоночнику пробегает холодок, а в штанах становится тесно от накатившего возбуждения. Все мое желание упирается в молнию до боли, и остается молиться, чтобы ткань не пошла по швам. Проклятье, Беркутов, тебе сейчас только стояка на новенькую сотрудницу не хватает в жизни.

Уже собираюсь объявить о своем присутствии и отправить заработавшуюся девушку домой, когда та сама оборачивается.

Мгновение, и в ее глазах проносится испуг, который тут же сменяется непрошибаемым упрямством. Карамельные губы поджимаются, а расслабленного выражения на лице как не бывало. Ее реакция на меня задевает. И это вмиг остужает пыл.

– Работаешь? – ухмыляюсь. – Похвально.

– Вы же не оставили мне иного выбора, Руслан Данилович, – соскакивает со стола девушка, и только тут я замечаю, что она без обуви.

Миниатюрные ступни мягко приземляются на холодный пол, и девушка оказывается почти на две головы ниже меня. Однако гонор с лихвой компенсирует недостаток роста.

– Трудотерапия, Алиса Алексеевна. Хорошего вечера в компании пыльных бумаг, – киваю головой в сторону полок, на которых за это время определенно стало меньше бардака, и, кинув быстрый взгляд на ее ноги, что пляшут на холодном полу, бросаю, – советую обуться, простудитесь, – и ухожу.

Домой.