Лунный синдром (сборник)

Взяв банку, Гиндесбург понёс её в туалет. Встав над очком отхожего места, он горестно вздохнул и накренил банку. И вдруг увидел, что со дна её поднялся крупный пузырь газа и медленно поплыл кверху. Когда он всплыл, гриб слегка приподнялся в центре, и по его поверхности прошла странная вибрация. Боковые слои гриба чуть раздвинулись и Фурзякин услышал:

– Не делай этого!

Он резко обернулся и понял, что дверь за ним заперта.

– Кто это сказал? – прошептал он.

– Я, – ответил гриб.

– Но ведь… Так не бывает.

– Что за глупости? – возмутился гриб, завибрировав краями, – Конечно же, я живой.

– Да, но…

– Хочешь сказать, что если я гриб, то и живым быть не могу? – усмехнулся тот, – У меня даже есть имя.

– Имя? – удивлению Фурзякина не было предела.

– Имя моё Гао-Цзу. Но ты можешь называть меня проще, вторым моим именем Цзы. Должен предупредить: я отношусь к очень древнему и знатному роду. Я – первый император китайской династии Хань.

Фурзякин нервно сглотнул, подумав про себя: не подсыпала ли жена ему какой-нибудь отравы в ужин? Он где-то читал, что у отравленных перед смертью часто бывают галлюцинации.

– Эй, эй! – вскрикнул водоплавающий гриб, – Спокойнее. Я могу доказать, что и вправду живой!

– Как?

– Очень просто! Я знаю, где твоя Ларочка прячет деньги, – заявил гриб, придав голосу таинственную интонацию, – на кухне в правом шкафчике над плитой, прямо в банке с гречкой.

– Хм… – рассудил Гиндесбург, – если ты моя галлюцинация, то это окажется ложью. А если нет, то…

– Видишь как просто. Стоит только проверить, – приободрил хитрый гриб Цзы.

– Ладно. Побудь пока тут.

– Нет! Не оставляй меня, а то эта мегера меня выльет!

– И то верно, – согласился Фирзякин.

– Что ты там бормочешь, идиотина? – раздался вопль жены за дверью. Ручка в туалет в тот же миг спазматически задёргалась, и Фирзякин от испуга чуть не выронил банку.

– Скверная жена у тебя, Гиндесбург, – сказал он тихо.

– И не говори.

Гиндесбург осторожно отодвинул задвижку, и тут же дверь распахнула супруга. Её зловещие глаза принялись шарить по крохотному пространству туалета.

– Что ты там прячешь, рухлядь нафталиновая?

Фирзякин, держа банку за спиной, не нашёлся что ответить, а только безвыходно покраснел.

– Смыл? – жена грозно сдвинула брови.

Фирзякин молчал.