Alea iacta est. Политический детектив

И дело, которое сегодня рассматривалось, наш с вами начальник хочет использовать против своего оппозиционного конкурента…

– Значит, разрешение участия настоящей оппозиции в выборах – это не слух? – перебил судья.

– Нет, не слух, – кивнул Михаил Александрович. – Но все очень боятся некоторых осложнений… – вилял министр. – Именно поэтому, убийство Сикирова, которое расследовал я, хотят использовать против русского Воланд де Морта.

– Но ведь Сергей Васильевич, по-моему, хотел использовать это дело как раз в таких же целях? – снова встрял Аркадий Васильевич.

– Вы задаёте слишком много вопросов, не дослушав до конца, сразу видно, что вы никого не «исповедовали», – шутливо сказал министр. – А Сергей Васильевич это прокурор ваш? Ха! Мы с ним работали… Очень меня не любил, да как и я его.

Но понимаете, Аркадий Васильевич, начальству хотелось бы, что бы этим делом занялся я, уже показавший себя человеком, которому можно доверять…

– И что же вы хотите делать? – с нетерпением спросил судья.

– Ну, во-первых, что-то подсказывает мне, что я вам всех карт не раскрою, во всяком случае сейчас.

– И как же? – который раз перебил Аркадий Васильевич.

– Вам говорить что ли на судах не дают? – уже возмущённо произнёс министр. – Чувствую, придётся вас перевоспитывать… Признаться, четыре года назад я в ваше развитие верил больше… Но не об этом. Если уж хотите помочь государству, то прошу вас устроить мне встречу с подсудимым. Устроите?

– Это будет просто! – с готовностью ответил судья.

***

Вечером того же дня Михаил Александрович в машине судьи (конечно, вёл судья) приехал в знакомое министру СИЗО, где содержался Евгений Даринский.

– То есть привезти его ко мне вы никак не могли, – наигранно возмущался Михаил Александрович, идя по знакомым коридорам.

– И куда это! В суд что ли? – усмехнулся Аркадий Васильевич.

– Да хотя бы и в суд! – гордо отвечал министр. – Впрочем, оставим все заботы. Сейчас мы проверим остатки моего прокурорского мастерства…

– Женечка, hello! – раскрыв руки для объятий, воскликнул министр.

Господин Даринский смотрел с полным равнодушием, однако, судья смог уловить в нём признаки удивления.

– Аркадий Васильевич! – эмоционально обратился к судье Михаил Александрович. – Вы не представляете какая удача. Это ведь Евгений Алексеевич! Лет шесть назад я ему такие обвинения предъявлял! Просто мама не горюй! Помню прекрасно – целый «букет» статьи 228.1.