Золотой медальон

– Ты верхом ездил? – вдруг в самый последний момент поинтересовался Лучезар.

Витька замотал головой.

– А пошто так? – удивился Лучезар. – Аль при твоём дворе кони не имеются?

– Не только при моём дворе, – ответил Витька, – но и во всём нашем государстве кони на пересчёт… Считай, что совсем не имеются.

Лучезар замер посреди высокого порога, с недоумением воззрившись на Витьку:

– А на чём же вы ездите?

– На машинах, – ответил Витька и, видя, что это название Лучезару ни о чём не говорит, пояснил: – Машины, они наподобие самодвижущейся телеги.

– Что-то я не слыхал, чтоб телеги сами по себе передвигались, – глубокомысленно покачал головой Лучезар.

– Это что! – похвастался Витька. – Ещё у нас по небу летают железные птицы… Садишься внутрь неё и летишь… Хоть на край света…

– Брешешь! – не поверил дремучий княжич.

– Только это будет всё через тысячу лет, – сказал Витька, тем самым подтверждая истинную правоту своих слов.

Видя такое превосходство, Лучезар больше не стал расспрашивать Витьку о его житье-бытье, надолго замолчав.

Чтобы он окончательно не впал в уныние, Витька напомнил:

– А вот верхом я так ни разу и не ездил. Научишь?

Лучезар слегка оживился:

– Нет ничего проще.

Следуя его указаниям, что на коня садятся с левой стороны, Витька сунул левую ногу в стремя и, держась за луку, проворно закинул своё сухощавое тело в седло. Витькина ловкость получила полное одобрение Лучезара, но не коня, который тут же начал проявлять своё недовольство тем, что ему достался неумелый седок: пятиться, вскидывать задом и проделывать другие вредные для Витькиного здоровья вещи.

– Но! – вскрикивал Витька. – Но!

В конце концов его испуганное понукивание возымело действие, и конь пошёл. Только не так, как положено ходить всем коням, а боком. Да ещё при этом норовил укусить Витьку за коленку жёлтыми зубами, на которые и смотреть-то было страшно, не то, чтобы отведать их крепости.

– Натяни поводья! – крикнул Лучезар.

Откинувшись назад, Витька с такой силой натянул поводья, что артачившийся конь сразу понял, с кем имеет дело: смирившись со своей участью, он отдался воле отчаянного мальчишки.

Еремей, изумлённый Витькиной джигитовкой, стоял, разинув рот.

Подъехав к нему на гарцевавшем коне, Лучезар слегка огрел слугу плёткой вдоль спины:

– Открывай ворота, болван!

Еремей встрепенулся и спешно распахнул ворота.