Старая прялка

– Да я там… Это самое… Всякими делами был занят, – туманно объяснил Витька и, чтобы избежать дальнейших расспросов, учтиво поинтересовался: – Бабушка, а бабушка, а ты зачем меня звала?

– Обедать будешь?

– Нет! – Витька так отчаянно мотнул головой, что казалось, его тонкая шея оторвется. Но всё обошлось, и бабушка опять спросила:

– А завтракал?

– Завтракал.

– Ну, хорошо. Пойду я отдохну немного, – взялась за виски бабушка. – От жары что-то в голову шибануло. А ты тут играй. Со двора никуда не уходи.

– Не уйду.

– Обещаешь?

– Да честное слово!

Бабушка прислонила тяпку к сараю и, тяжело передвигая отёкшие ноги, ушла в дом, печально качая головой и вздыхая:

– Ох-хо-хо. Грехи наши тяжкие.

Витька нетерпеливо проводил её взглядом: ну как бабушка передумает и опять его позовет. И лишь только она пропала из виду, опрометью кинулся к шалашу.

– Порядок! – заорал он, влетая внутрь. – Бабушка отдыхает! Айда играть!

Но в шалаше Бабаси не оказалось. Округлив глаза, он испуганно уставился на пустое место.

– Ба-ба-бабася!

И не дождавшись ответа, пулей вылетел наружу, ошалело заметался возле кустов.

– Бабася! Бабася!

– Ай потерял кого? – вдруг из шалаша спросила Бабася.

Витька заглянул внутрь и обомлел: старушка как ни в чем не бывало сидела на прежнем месте.

Витька протер глаза:

– Т-ты где была?

– Здеся.

– Как здесь, – еще больше округлил глаза Витька, – если я тебя не видел?

– Плохо глядел, – захихикала Бабася.

– Не хочешь говорить, не говори, – Витька обиженно насупился и стал бесцельно перекладывать с места на место блокнот, вполголоса бормоча. – Тоже мне, друг называется… Тайны у неё какие-то завелись… Я вот никаких секретов от неё не скрываю… а она… То да сё… Так друзья не поступают…

После недолгого молчания Бабася всё-таки призналась:

– Я могу быть невидимой.

Она сказала это так просто, будто все люди только и делают, что каждый день становятся видимыми и невидимыми.

– Ух ты! – оживился Витька.

– Я многое могу.

От этого настроение Витьки еще больше улучшилось, и он тут же решил испытать Бабасины способности в деле, чтобы уж окончательно удостовериться в её чудесах. Он на секунду задумался: что бы такое придумать? И вдруг его осенило.

– А вот… вот… ты можешь сделать так, чтобы наш огород… Ну, сам собой пропололся?

– Это не по моей части, – покачала головой Бабася.

– А говорила: «Все могу, все могу».