Старая прялка

Игра с уродливой старухой в футбол – это, наверное, к тому… Не успел Витька так подумать, как его глаза помимо воли распахнулись так широко, что им аж сделалось больно.

– Бабася! – вспомнил он вчерашнее знакомство, и его с кровати как ветром сдуло.

На полу желтые разводы солнечного света. В другое время Витька не упустил бы возможности понежиться в его лучах. Приятно было чувствовать босыми ногами тепло и, глядя на солнце, в блаженстве щурить глаза. Но сейчас был не тот случай. Пренебрегая бабушкиным советом, что все порядочные люди ходят в дверь, Витька прямо с подоконника распахнутого окна сиганул на улицу.

Осиливая в груди беспричинный страх, неуверенно окликнул:

– Бабася!

Подождал и уже более громко позвал:

– Бабася! Бабася!

– Ну, чаво орёшь как оглашенный? – донёсся голос из темноты.

– Гы-гы, – лицо Витьки распахала счастливая улыбка. – А я уж думал, мне всё это приснилось.

В углу знакомо чихнули, и на свет, кряхтя, вылезла вчерашняя древняя старушонка. Фингал у неё под глазом окончательно убедил Витьку в яви. Он тихонько затрясся от смеха, но, встретившись с её сердитым взглядом, моментально сделал серьёзное лицо и, как добропорядочный человек, сказал:

– Доброе утро, бабушк… – тут он вовремя прикусил язык и поправился.

– Как, как ты сказал? – польстило старуху принятое среди людей приветствие, которое в бытность свою духом слышать ей ещё не приходилось.

– Доброе утро, – послушно повторил Витька.

– Погоди, погоди, – перебила она и, высвободив из-под пухового платка морщинистое ухо, приложила к нему ладонь, – Чаво ж ты замолчал-то?

– Что говорить-то? – испортил всё Витька.

– Э-эх, и бестолковый ты, парень, – рассердилась Бабася. – Прямо долдон какой-то!

Ругаться она умела.

Ссора со сказочным существом ни в коем случае не входила в Витькины планы. Чтобы выйти из этого затруднительного положения, ему пришлось применить блестящую военную хитрость. Придав своему лицу доброжелательное выражение, он неожиданно предложил:

– Бабась, пойдем на улицу.