Право жить

После короткой паузы первым подорвался Бешеный. Он, как ужаленный, подскочил с лежака и, брызжа слюной, набросился на здоровяка:

– И какого болта ты все это время молчал о ней? Если тебе, борову, всё равно, что жрать, то другим это далеко не так.

Сидевший вокруг костра народ заметил, как вдруг подобралось расслабленное тело Слона и его громадные кулаки медленно сжались в стальные болванки. Казалось, ещё секунда – и Васятке не избежать отбитых мозгов, но тут в диалог вмешался Медведь. Поднявшись во весь рост, он встал между ними и тихо, но достаточно жёстко бросил в лицо Бешеному:

– Сядь на место и засохни, – после чего повернулся на сто восемьдесят градусов и вкрадчиво произнёс:

– Коля, найти это место сможешь?

Получив утвердительный ответ, Медведь обратился уже ко мне:

– Составь ему компанию, Коновал, вдвоём оно сподручнее будет.

Нужную расщелину в скале мы нашли лишь с третьей попытки. Причём нам каждый раз приходилось вновь возвращаться на берег озера и уже оттуда брать нужное направление в сторону подножия сопки.

И, даже найдя каску, мы не сразу смогли вытащить её из узкой скальной щели. Этот железный отголосок войны за все последующие годы умудрился буквально врасти в замшелые серые камни острова. Но что обнадёживало, несмотря на возраст и ржавчину, явных дыр в ней не наблюдалось.

Не откладывая на потом, я тут же направился к озеру, где при помощи воды и песка стал тщательно сдирать с каски её более чем полувековую историю.

Тем временем Слон выбрал для себя подходящий камень, и с деланной ленцой оседлав его, стал угрюмо наблюдать за моими стараниями.

Симпатяга парень с необычно добрым для бандита взглядом уже с первого дня вызывал у меня настоящую человеческую симпатию. Каким злым ветром занесло этого городского обывателя сюда, сказать было трудно, хотя, чего только не бывает у человека в его книге жизни.

Чтобы поддержать молчаливого здоровяка, я, изобразив на лице улыбку, ненавязчиво, как бы, между прочим, поинтересовался:

– Ты чего всегда такой серьёзный, Коля? Если из-за Бешеного, то не парься, будет зубы показывать, обломаем, да и с командировкой этой мутной когда-нибудь разберёмся.

Кстати, как думаешь, здесь эта солдатская сфера каким образом зависла?

Слон внимательно посмотрел мне в глаза, затем, переведя взгляд на мокрую от воды каску, впервые за несколько дней грустно усмехнулся:

– А это, Санёк и есть, так называемое, эхо войны, слыхал, наверно, такое выражение.