Медведь по кличке Заплатка

6

Мужик с ротвейлером на поводке подошёл к своему подержанному внедорожнику и распахнул заднюю дверь.

– Пират, место! – скомандовал он.

Пёс послушно запрыгнул в машину и уселся на сиденье, глядя в заднее стекло. Его окровавленная морда с чёрными складками была настолько противной и самодовольной, что Вовчик опять не утерпел: вскочил на ноги и принялся кривляться и телом и лицом, желая хоть так досадить псу – убийце. Со стороны станции его видно не было, и Витька не стал вмешиваться. Пёс разинул пасть, чтобы зевнуть в своё удовольствие и остолбенел, увидев бесстрашного мальчишку, всем своим видом выказывающего ему полное презрение.

– Р-р-р… – грозно подал голос Пират, что можно было расценить так: если ты сейчас не прекратишь меня дразнить, глупый мальчишка, то я тебе задам такую взбучку, что на всю жизнь запомнишь.

– Скверная собака! Плохая собака! – вполголоса выкрикивал Вовчик, продолжая изо всех сил кривляться. – Ничтожество! Которое только и может, что с беззащитными животными расправляться.

Попробовал бы ты с ним в дикой природе встретиться! Живодёр!

Глядя на Вовчиковы вызывающие жесты, Пират начал бросаться в окно, которое под его весом стало опасно пригибаться – вот-вот вырвется злобная собака на волю и тогда точно никому не сдобровать.

Но сердобольный Вовчик разошёлся не на шутку, потерял всякую осторожность и, видно, в самое ближайшее время униматься совсем не собирался, а ещё сильнее принялся выделывать своим худосочным телом разные непотребные позы.

Внедорожник всё отдалялся и отдалялся и Вовчик напоследок решил окончательно унизить неуравновешенного пса: стал на четвереньки, обернулся задом и задрал ногу, недвусмысленно намекая на своё отношение к Пирату. Такой наглости Пират, возомнивший о себе неизвестно что, стерпеть просто не мог и начал метаться по салону, ища выход, чтобы выбраться наружу.

– Ишь ты, как разнервничался, – ухмыльнулся Пельмень, довольный, что они довели пса до истерики.

 – Будет теперь знать, как невинных животных губить.

Витька, который с мстительным прищуром наблюдал за поединком человека разумного и безмозглого ротвейлера, высказал замечательную мысль:

– Мне думается, он озверел настолько, что сейчас запросто может искусать своего хозяина. Такого же ненормального, как и он. И за дело будет. И вообще все люди здесь ненормальные. Потому что нормальные сюда ни за что не попрутся, тем более, чтобы мучить животных.