Фиалка

– Ав! Ав! – Мари-Мадлен изобразила лай маленькой собачки.

– Мари! – Госпожа Фландрю во второй раз подала голос, для чего ей пришлось оторваться от тарелки тыквенного супа. Такое яркое проявление чувств далось ей с трудом – она даже покраснела. – Я бы попросила вас соблюдать правила приличия.

– О, да, – Доминик поддержал жену, но расплылся в улыбке, – мы должны знать меру. Конечно, и господин Клод не всегда ведёт себя подобающим образом, а частенько срывается с цепи и брешет, как беспородная дворняга…

Учёный засмеялся и поймал на себе умоляющий взгляд жены.

– Да, – серьёзно продолжил он, – но это не значит, что мы должны над ним издеваться. Ну, вот скажите, Жиньёль, на вас оранжевый жилет, зелёный галстук, красная сорочка, белые ботинки и коричневые брюки. Могу ли я назвать вас попугаем?

Жиньёль, внимательно слушая, невзначай вытянул лицо, и его длинный нос приобрёл сходство с птичьим клювом.

– Нет, не могу, – развёл руками Доминик. – Приличия, приличия! Посмотрите, даже господин Виолет снял за столом свою кепку…

– Эта кепка мне очень дорога.

 – Фиалка бережно переложил потертый головной убор с колен на стол. – Я снял её с самого Рудольфа Шляйхера. Это было несколько лет назад, когда он ещё не был знаменитым инженером и гонщиком, а слонялся по мастерским и задирал местных ребят.

– Одним из ребят, конечно, были вы?

– О, да.

– Барбос идёт, – прошептала Мари.

Нэль затылком почувствовал угрозу. Словно он шёл по опасной улице один, а криминальный сброд у него за спиной прикидывал, что сейчас будет: либо они отнимут у красавчика портмоне, либо получат от него по физиономии.

Этьен заставил Нэля повернуть голову.

К их столу неумолимо, как «Титаник» к айсбергу, приближался Клод Разедри. Этьен предположил, что тот чем-то недоволен. Вот Разедри мимоходом что-то высказал проходившей мимо официантке, а на приветственный знак с другого стола высокомерно хмыкнул и отвернулся.

За спиной Клода, невидимый для посетителей ресторана, но заметный автору повествования и читателям этих строк, летел призрак.

Привидение было в майке со смешными тонкими лямками. Призрак гримасничал и кривлялся, дразня Клода.

Разедри был одет неброско: однотонный темный костюм, пуговицы пиджака расстёгнуты, видно его крепкое брюшко. Насупив густые сросшиеся брови квадратного крупного лица, Клод в гробовом молчании прошёл мимо Этьена. Остановился у своего места, развернулся и без звука уселся на стул. Доминик Фландрю представил Этьена.