Фиалка

 – Далее поэтесса Мари-Мадлен Клавье. Натура тонкая, ранимая, склонная к фатальному романтизму…

– Снулая плотва? – предположил Фиалка.

– И я так подумал. Но эта девушка не так проста, как кажется вначале, – сказал Арсани. – И последний субъект, некто Клод Разедри…

Они шли по южному коридору. Арсани спешил. Нэль, следуя за ним, прибавлял шаг. В одной из гостиных, которую они пересекали, кто-то совсем тихо и недовольно произнёс им вслед:

– Не хватало нам Жана Жерара со свитой! Теперь тут Нэль Фарамболь отделение полиции устроит!

Ни Арман, ни Этьен этого голоса не услышали.

Мажордом и Фиалка приближались к ресторану.

–…Разедри сочетает в себе мелочность, вспыльчивость, гнусность, жёсткость и ещё множество отрицательных качеств, – говорил Арсани. – Не один человек сломал зубы об этот булыжник. Будьте с ним осторожны. Добро пожаловать!

Ресторан имел всего три стены, южную сторону его занимал громадный балкон.

– Прошу любить и жаловать, Этьен Виолет. – Арман представил Нэля сидящим, представил ему госпожу Фландрю, Доминика Фландрю и Жиньёля Лине. Затем раскланялся и был таков.

Нэль выбрал стул во главе стола. Противоположное место на другом конце, судя по косым взглядам его сотрапезников, было уже занято.

Он снял с головы кепку, и, немного покачиваясь, сел. Соседи по столу среагировали на его появление по-разному. Госпожа Фландрю чуть кивнула и улыбнулась, Доминик молча, но дружески протянул длинную костлявую руку, а позёр Жиньёль нашёл нужным сказать:

– Здравствуйте, господин Виолет! Куда-то спешите? Время обеденное, а вы уже навеселе!

– Простите великодушно, – Этьен был готов к подобному замечанию, – но я не знаю местных порядков. И я бы никогда… Впрочем, всё глупости. Я в вашем захолустье в первый раз и будьте добры хоть сегодня принять меня как гостя.

– Мы попытаемся, – процедил Жиньёль и вилкой сквозь остатки салата постучал по тарелке. – Заранее извините, если манер не хватит или этикет подзабудем.

– О, это ничего, – Этьен приступил к трапезе. – Я тоже не подарок.

– А что вы натворили сегодня, чтобы пообщаться с полицией? – Поинтересовался Жиньёль.

– Что вы имеете в виду? – Этьен отпил из бокала родниковой воды.