Зауральские самоцветы

Через несколько мгновений ее безжизненная плоть обвисла на его левой руке. От цветущей прежде красавицы остался лишь янтарь в глазах от застывших капелек слез. Поцеловав ее в приоткрытые губы, он потихоньку опустил свою возлюбленную на землю.

Его руки, одежда и лицо были перепачканы багровой кровью. Он в последний раз взглянул на свою жертву и вытер орудие убийства об ее синее вечернее платье. Переодевшись в заранее приготовленную чистую одежду, он умчался в ночь на своей «Тойоте».

Ее тело мирно лежало, окропляя своей кровью еще теплую землю.

А вокруг стелилась лишь ночная тишина. Тишина, которую изредка нарушали вопли лесных обитателей…

Глава вторая

– Собирай свои вещи и уебывай! – с какой-то непонятной злобой в голосе прокричал Матвей, смотря ей прямо в глаза, ожидая ответной реакции.

Она не столько опешила от его слов, сколько перепугалась. Ведь всего две минуты назад он ласково прижимал ее к себе и нежно покрывал поцелуями. Для нее это было необычно, дико, страшно и одновременно приятно.

Они коллеги…

Чуть ранее они закончили восьмичасовой трудовой марафон и сотворили довольно-таки сложный проект. Словно дети, радовались они полученному результату. Во время сочинения они много спорили, ругались, мирились, курили, обменивались колкими комплиментами, в итоге к завершению совместной работы настолько привязались друг к другу, что незаметно для себя чуть не перешагнули тонкую черту, отделяющую деловые отношения от служебного романа…

Она вырвалась из его объятий и в какой-то необъяснимой для себя спешке стала собирать нужные и ненужные бумаги со стола, нелепо закидывая их в свой коричневый кожаный портфельчик.

Матвей наблюдал за ней и не понимал, чего хочет. Здравый ум буквально кричал, чтобы она ушла, а похоть – чтобы осталась. Ее короткое облегающее темное платье с глубоким вырезом, черные чулочки перетягивали в сторону того, чтобы она все-таки осталась. И когда она надела куртку и пошла к выходу, он бросился ей наперерез и прокричал:

– Мария!

Она остановилась, они снова встретились взглядами.

Он выхватил из ее рук портфельчик, отбросил в сторону. Маша испытывала одновременно чувство страха и вожделения. Он с силой прижал ее к стене и, будто оголодавшее животное, начал жестко срывать с нее одежду, покрывая тело поцелуями.

– Матвей, перестань, – томно повторяла она, но сопротивления не оказывала.

– Я хочу тебя, – словно в бреду повторял он…

Он вышел на улицу, когда уже стемнело.