Наследница

Насколько Торн знал, все соседки ей завидовали – не ограничивая себя ни в чем, даже после рождения четвертого ребенка она сохранила стройность фигуры, которой частенько не могли похвастаться и совсем юные девушки. И безо всякого вмешательства магии. Это возраст магия подавляет – живут-то обладатели столь ценного дара в разы больше обычных людей, так что молодой и цветущий вид матери, скорее, норма, а вот фигура – это уже от природы. И никакие злоупотребления пищей тут роли не играют. Торн уже и отвык от такого обилия вкусностей, отвалившись от стола, только когда почувствовал – еще немного, и он лопнет.

К собственному удивлению, он увидел, что худенькая Кира ест не хуже него самого, но каких-либо неудобств при этом не испытывает. А мать… мать смотрит едва ли не с умилением – Торн и забыть успел, оказывается, как ей приятно, когда гостям нравится ее стряпня. Впрочем, всему хорошему рано или поздно приходит конец. Эта мысль в очередной раз получила подтверждение, когда отец, откинувшись в кресле, пригубил вино из громадного кубка (а выпить таких он успел уже штук пять) и отправил детей из комнаты.

Те, особенно брат, покривились, но подчинились беспрекословно – помнится, только сам Торн в свое время и рисковал сказать что-то поперек, за что и получал регулярно. Для его же пользы, как считал отец. Может, и прав был, а может, и нет, но порядки в доме с тех пор явно не претерпели сколь-либо серьезных изменений. А после этого глава семьи, глядя на сына абсолютно трезвым, нимало не осоловевшим взглядом, сказал:

– Ну что же, сынок, рад, что ты наконец повзрослел.

– То есть? – сказать, что Торн был удивлен такому началу, значило ничего не сказать.

– А ты вместо того, чтобы расшибать себе лоб, а потом прятаться в лесу, когда возникла проблема, вспомнил, что есть те, кто готов прийти к тебе на помощь. О семье вспомнил. В первый раз, кстати, а то раньше все сам да сам, и нарывался. А потом опять прятался. А все почему? Да просто забывал, что не на необитаемом острове живешь, – нравоучительно воздел палец отец, и Торн понял – он все же немного пьян.

 – А раз повзрослел, это радует. Поэтому давай, рассказывай.

– Хорош тебе, старый… – Мать слегка ткнула главу семьи локтем в бок. Этого «слегка» хватило даже, чтобы покачнуть такую скалу, как отец, но не более. К тому же Торн и пришел сюда за помощью, а потому не стал мяться и – рассказал.

Надо сказать, рассказ получился сухим и коротким.