Крепость

Словом, глава клана лихо гнал машину, а его непутевый сын развалился в кресле и наслаждался видом родной планеты с высоты птичьего полета.

Впрочем, летели они недолго. Флаер перечеркнул небосклон на скорости чуть-чуть ниже звуковой. Нарушение, конечно, всех писаных и неписаных правил, но полиция даже не пыталась вмешаться. Во-первых, бесполезно, потому что форсированные движки в два счета позволяли уйти от полицейских флаеров-перехватчиков, а во-вторых, связываться с сенатором – что мочиться против ветра. Дураков нет.

Отец, правда, тоже не злоупотреблял вседозволенностью, пролетая выше трасс общественного транспорта, да и возможности своей машины использовал едва ли наполовину. И все равно лететь оказалось совсем недолго – место, в которое он вез Титова, располагалось сравнительно близко, у отрогов гор. Даже как-то удивительно – места на планете имелось в избытке, и люди селились с размахом, а всевозможные исследовательские центры, особенно с высоким уровнем секретности, и вовсе старались располагать подальше от городов, но, очевидно, не в этом случае.

Правда, на маскировке не экономили. Титов не смог обнаружить вход даже визуально, и готов был руку отдать на отсечение, что нащупать базу глубоким сканированием тоже вряд ли удастся. За много лет когда тайных, а когда и явных, переходящих время от времени в горячую фазу конфликтов между Малым Алтаем и федеральным центром жители планеты здорово продвинулись в искусстве маскировки. Фактически, адмирал окончательно убедился в том, что отец его не разыгрывает, лишь когда буквально у него перед носом отъехала в сторону бронированная плита вместе с уютно расположившимся на ней гранитным валуном массой навскидку тонн этак пять.

Встречающие не заставили себя ждать. Среднего роста, широкоплечий мужчина со скуластым, грубоватым лицом, в мундире сил планетарной самообороны без знаков различия, и женщина лет двадцати трех – двадцати пяти в несерьезном голубом платье. В таком бы воскресным вечером по набережной прогуливаться, заставляя мужчин истекать слюной при виде красивых ног и точеной фигуры, хотя, конечно, подойти не всякий отважится.

– Доброе утро, сенатор. Вы, как всегда, пунктуальны.

– А вы, как всегда, прекрасны, Ольга Семеновна.