Кулак Полуденной Звезды. Проклятый

– Меня зовут Роман Михайлов, – запоздало представился я. – И я правда состою в Ассоциации Медиумов в качестве ученика. А удостоверение утеряно во время расследования.

Женщина быстро взяла себя в руки, поправила костюм и назидательно сказала:

– Настоящему медиуму тем более не позволительно использовать душу убиенной девушки в качестве пугала. Скажи ей, что я не собираюсь причинять тебе вред. И вообще, насколько я помню, устав Ассоциации Медиумов не позволяет натравливать призраков на живых людей.

Воу, у Ассоциации есть устав? Я даже не в курсе, Джеймс об этом ни слова не сказал.

– Всё в порядке, – заверил я призрака. – Не нужно вмешиваться.

Девушка-призрак вновь стала невидимой, а обладательница розового автомобиля стала смотреть на меня несколько иначе. Без страха, зато с еще большим подозрением.

– Но ты ведь снова врешь, – нахмурившись, сказала она. – У Михайлова только сын и дочь, Вероника и Виктор. Я их знаю в лицо.

– Я их родственник… дальний, прибыл издалека.

– Да, похоже, медальон настоящий, – удивленно признала женщина. – Но если призрак тебя слушается, и ты сказал правду о своей семье, то и упомянутое ранее тело ребенка тоже существует?

– Конечно, – тут же ответил я, и вдруг ощутил идущее от призрака сильное беспокойство.

Обернувшись, я увидел вдалеке две машины зеленого окраса, несущиеся в нашу сторону. Интуиция подсказывала, что я слишком долго ловил попутку, и меня наконец-то заметили Орловы, но надежда умирает последней. Вдруг это не они?

– Орловы пожаловали, – разрушила мои жалкие надежды женщина. – Тут рядом их особняк, наверное, решили узнать, что тут происходит. Я с ними поговорю.

– Вы уверены, что это Орловы? – обреченно спросил я.

– Конечно, что ж я их охрану не узнаю? Орлов сынка своего ненаглядного недавно потерял, вот и нервничает, наверное, гоняет их в хвост и в гриву.

Все-то она знает, и о смерти сына Орлова, и о семье Михайловых. Кого я вообще остановил?

– Это прозвучит странно, но мне нельзя с ними встречаться, – быстро проговорил я. – Они убьют меня. Поэтому, если не хотите, чтобы моя смерть была на вашей совести, нам нужно ехать отсюда как можно быстрее.

Женщина недовольно посмотрела на меня.