За несколько дней до конца света…

Какой принцессе он теперь нужен? Ну поцелует, ну разбудит, а дальше что? Тут, королевич и скис, ушел в депресняк, как в песок зыбучий. Но нашлись добрые люди, подобрали, подлечили, обогрели, дали дружину небольшую, но надежную и отправили в дальний поход на монгольскую границу, опыта боевого набираться. Ведь какое самое первое средство от этой, как её – ипохондрии? Быстрый конь, верные друзья, крепкий меч и коварный враг. Не заметишь, все как рукой снимет.

– А если снимет, но только голову? – спросил я.

– Ну что ж, как говориться «Вечная слава павшим героям!», – вздохнул старик, – значит планида его такая.

Что делать? Да много еще бездомных королевичей по Руси Святой ошивается. Глаз да глаз за ними нужен. Мало ли что… – говоря это, дедок достал из-за пазухи обрывок газеты «Знамя Зазеркалья», (нашей войсковой газеты, межу прочим) вышитый бисером кисет, свернул огромную самокрутку и, осторожно оглянувшись по сторонам, закурил, щелчком выбив огонь из кончика указательного пальца. – Разнервничался я с вами.  – Добавил он.

В небе, прямо над нами, зависла небольшая, темная грозовая туча. Дедок внимательно посмотрел на нее, сделал легкий пас левой рукой и, туча мгновенно растворилась в голубом небе.

«А почему бы и нет?» – подумал я. Где живут Кудесники? В лесах! Что они там делают? Предсказывают будущее! Почему в лесах? Не любят лишнюю суету и не страдают зависимостью от княжеских даров. Так почему благородному дону не встретить на своем пути Вдохновенного Кудесника?

– Так ты тот самый, Вдохновенный? Который, из темного леса на встречу ему…

– Кому – ему? – спросила недоуменно Кейси.

 – Страусы здесь причем?

– Страусы ни причем. – ответил старик. – Они в этих широтах не водятся…

– Но ты только что сказал: «Из темного леса навстречу эму»?

– Во-первых, не Эму, а ему, а во-вторых, это непереводимый русский национальный фольклор – умом тебе это не понять. – пояснил я.

– Почему – не понять? – возмутилась Кейси, – Про жен декабристов – понять, про дикий обычай пить литрами отраву за здоровье – понять, а про русских лесных страусов не понять?

– Страусы здесь не при делах.

 – веско сказал я.

– А кто тогда при делах? – спросила Кейси.

– Пушкин. – ответил я – Александр Сергеевич. Великий русский поэт.

– А… – лицо Кейси осветила радостная улыбка. – знаю. Евгений Онегин, Война и мир, Преступление и наказание?

– Правильно. – согласно кивнул я. Некогда было сейчас читать лекцию о русской классике.