Альянс неудачников. Первая зима

Мои питомцы ни в какую не желали двигаться дальше и всё порывались спрятаться где-нибудь в густых кустах или зарыться под разлапистыми корнями высокого дерева. Я сердился и пытался отдавать команды, но такое поведение крыс, как вскоре выяснилось, было вполне оправданным. Пока я пытался уговорить серое воинство продолжать путь, спикировавшая с неба тварь схватила и унесла сразу двух грызунов, быстро сожрав их прямо в полёте. Атаки с воздуха я совершенно не ожидал, однако уже на следующем заходе зубастого похожего на птеродактиля монстра встретил его со всеми положенными «почестями».

Замедление! Замедление! Замедление! Огненный шар тебе прямо в морду! И наконец Паралич!

Навык Магия Стихий повышен до тридцать первого уровня!

Навык Магия Проклятий повышен до восемьдесят четвёртого уровня!

Получен тридцать восьмой уровень персонажа!

Получите награду: три очка навыков (суммарно накоплено пятнадцать очков) и одно очко мутации (суммарно накоплено девять очков).

Ящер рухнул очень эффектно! С искрами, грохотом и треском ломающихся костей, подняв тучу мокрого песка и грязи.

На этот раз крысы не тупили и не дали опасному противнику ни единого шанса. Накинулись сразу всей стаей и прикончили Рукокрылого Остроклюва 35-го уровня (именно так называлось атаковавшее нас чудовище) буквально в три секунды. И это было весьма странным, поскольку остроклюв однозначно являлся более сильным и опасным противником в сравнении с небольшими стайными гончими и даже имел череп в описании, что говорило о неоднократных убийствах им игроков.

Объяснение я видел лишь одно: для стайных гончих именно крысы являлись традиционной пищей, и у последних за тысячи лет естественного отбора выработался инстинкт убегать и прятаться при появлении гончих, а вовсе не сражаться с ними. Конечно, мир был относительно новым, и тысяч лет наверное не прошло, но какая-то предыстория и поведение зверей наверняка были заложены валларами.

– Ладно, так и быть, сделаем привал до темноты, – сообщил я своим жадно поглощающим плоть крылатого ящера спутникам, – иначе, боюсь, к вечеру от вас никого не останется.

Ответом мне был лишь хруст разгрызаемых костей и недовольные писки дерущихся за лучшие куски питомцев. Зубастых и крупных, с горящими огненно-красными глазами, перепачканных в крови с головы и до кончиков хвостов. Смотрелись мои спутники действительно жутковато, у меня в голове даже всплыло когда-то услышанное сравнение «страшный, как смертный грех».