Кулак Полуденной Звезды. Приманка для призраков

Как ни странно, я чувствовал себя спокойным и собранным, словно эмоции отключились, стоило нам сделать шаг из лифта. Да и будь где-то рядом бедняжка Элла, я бы ее точно увидел – обычно призраки сами выходили мне навстречу. Поэтому бояться раньше времени не было особого смысла.

– Наша цель, в первую очередь, найти живых людей, и только во вторую – полтергейста, – предупредил Джеймс. – Поэтому идем по коридору вместе и заглядываем в каждую палату. Если живых не найдется, то вы двое, – он кивнул охраннику и Донни, – покинете этаж, чтобы не мешаться под ногами.

Мы старались двигаться тихо, но кожаные штаны «панка» скрипели так, что звук разносился по всему этажу.

– Извините, – только и мог сказать он.

Джеймс возвел глаза к темному потолку и махнул рукой. Все-таки, по факту, полтергейст узнал о нашем появлении сразу как только открылись двери лифта. И тут уж прячься не прячься – толку не будет никакого.

Благодаря свету уличных фонарей и луны за окнами мы могли осматривать комнаты без помощи фонариков, а Джеймс в повязке и вовсе мог обходиться без света.

– Твою мать, – тихо выругался Донни.

– Давай-ка ты не будешь строить из себя девственницу, – прокомментировал Джеймс. – Я отлично понимаю, что означают татуировки на твоих руках.

Я мысленно подметил, что потом нужно обязательно уточнить, что он имел в виду, но сейчас время было слишком не подходящее.

К чести таксиста, рвотные позывы он все-таки сдержал, хотя далось ему это с трудом. Да и охранник выглядел уже не так уверенно.

– Я же говорил, что все уже мертвы, – хмуро сказал он.

– Быстрее идем дальше, – скомандовал медиум. – Я чувствую здесь слишком много темной ненависти. Не думал, что из утолившего жажду мщения призрака может получиться настолько сильный полтергейст.

Только когда Джеймс сказал это, я осознал, что дышалось здесь действительно тяжеловато. Хотя, возможно, это давящее ощущение появилось только сейчас.

А затем в середине коридора вдруг появилась красная фигура. Я отлично помнил, как девушка выглядела в бытность обычным призраком. То, что мы видели сейчас, не имело с ней ничего общего. Тут даже понятие пола стало совершенно не применимо.