Призрак неведомой войны: Призрак неведомой войны. Осознание. Решение

Выбирать сразу, времени на раскачку уже не будет, и сдать назад не получится. Не боишься?

– Не-а, – мотнул головой Варг, да так энергично, что волосы мотнулись во все стороны. Мальчишка, страшные тайны ему подавай.

– Точно? – для проформы спросил Артур. Поддразнивать молодого рыцаря ему нравилось.

– Ты знаешь, – Варг на миг замялся, но потом снова тряхнул головой и решительно продолжил: – Я все равно к вам проситься хотел. Когда наш договор истечет.

– Вот как? – теперь пришел черед удивляться Артуру. – И с чего бы? Вроде не самое завидное место, и долгой жизни не способствующее.

– А это уж как посмотреть, – ухмыльнулся Варг. – Видел я, сколько живешь ты и сколько – твои враги.

– Сколько живу я, ты не видел.

– Ну и ладно, зато ты все еще живой, а те, с кем я пришел, частью мертвые, частью в тюрьме. А вообще, – тут он резко посерьезнел, – мне деваться некуда. Я опозорил наш род. После того, что случилось, меня ни в одну дружину не возьмут, на королевскую службу – тем более, домой возвращаться… Там и без меня забот хватает, а вот денег, напротив, не хватает.

Размышлял парень удивительно здраво для своего возраста. Цинично, разумеется, но здоровый цинизм еще никому не вредил, а раз так – почему бы и нет? Артур задумался на миг, а потом спросил:

– Скажи, ты любишь ночью смотреть на звезды?

– Не очень, – честно признался Варг. – Но, бывает, смотрю. А что?

– Как ты думаешь, что это такое?

– Тебе так, как нас учит святая церковь?

– В смысле?

– Ну, наш духовник говорил, что это глаза ангелов, которые смотрят за нами и оценивают каждое наше деяние.

– Логично, – усмехнулся Артур. – Где церковь – там прогресса нет… И что, есть альтернативные варианты?

– Ну, когда он выпивал слишком много пива, то начинал говорить, что звезды – это другие миры, такие же, как наш, и что наши предки сюда прилетели на больших огненных кораблях. Ну, эти сказки у нас в деревнях старики, бывает, рассказывают…

– Твои старики правы.

– Он вообще-то умный человек. Когда-то в столице, у самого его святейшества, архивариусом был. Потом, когда его святейшество умер, с его преемником не сошелся характерами, вот и отправился на вольные хлеба.

– Повезло, что не удавили на всякий случай, – серьезно заметил Артур. – Слишком уж много знает.