Фрэнки Ньюмен против Виртуальности

Он всё время убыстряет шаг, разговаривать при такой скорости хода очень сложно, но я всё равно это делаю.

– Представляю, какая тяжёлая у вас работа! – сочувственно размышляю я. – Приходится, наверное, и по десять часов работать – профсоюза-то ведь у вас нет? А если дождь? Можно в таком случае в кафе зайти или всё равно надо под окнами торчать? Болеете, наверное, часто?

– Послушайте, – он круто останавливается, так что я даже немного проскакиваю вперёд, – что вы ко мне привязались? Я сейчас полицию позову!

– Зачем? – огорчаюсь я.

– Ну, знаете! – он даже с каким-то восхищением крутит головой, одновременно пожимая плечами, и возобновляет свой полушаг-полубег. Я, разумеется, не отстаю.

– Куда мы идём? – спустя какое-то время интересуюсь я, но он ничего не отвечает, а я не унимаюсь. – Далеко ещё?

Он снова не выдерживает и останавливается.

– Послушайте, вы что, идиот?

– Неужели так заметно? – пугаюсь я.

На этот раз он решает прибегнуть к угрозам.

– Вы что, вообще ничего не соображаете? А если я вас сейчас приведу к своим шефам, а там ведь помимо них есть здоровые ребята, которые вас…

– Ну, не так уж я глуп, – успокаиваю я его, – конечно же, я не буду входить внутрь, просто посмотрю, где находится ваша резиденция и пойду себе домой.

Сыщик нервно оглядывается по сторонам, и на его лице появляется просящее выражение.

– Слушайте, а давайте так: вы от меня отстанете, а я ничего не скажу своим шефам, что вы вели себя, как… ну, в общем, не совсем умно?

Если бы он знал, что я-то добиваюсь как раз обратного, не стал бы такое предлагать, но делаю вид, что меня это заинтересовало.

– Идёт! Но только вы тогда ещё скажете мне, как зовут вашего самого главного и где находится резиденция, – и, увидев его реакцию, поспешно добавляю: – а я за это могу заверить вашего шефа, что вы следили за мной очень хорошо, и обнаружил я вас просто случайно.

Он цыкает и вновь устремляется вперёд. Наконец, я понимаю его замысел: за углом он свернёт направо, и мы выйдем на Мэйн-стрит. Это меня не устраивает, потому что там полно народа, и он легко может от меня оторваться. Нырнёт в толпу – и ищи его потом! Поэтому решаю держаться к нему поближе.