Игуасу

– Что это? – удивились мы.

– Расписка, о том, что вы не будете иметь ко мне претензий, если с вами что-нибудь случится, – пояснил Маурисио.

3

Вечер того же дня. Рио-де-Жанейро. Хостел IpanemaBeach. А потом- где-то в фавелах.

Ровно в девять часов вечера мы ожидали Маурисио, сидя на потертых матерчатых креслах в лобби хостела. Ни мне, ни Бараку говорить ни о чем не хотелось, но совершенно по разным причинам: мой друг молчал в предвкушении захватывающего приключения, ну а мне эта идея нравилась все меньше и меньше.

– Ты уверен, что это именно то, что нам не хватало в этой поездке? – наконец не выдержал я.

– Ну конечно же! Ты только подумай, мы познакомимся с настоящими бандитами! Увидим, как у них все происходит! – излишний энтузиазм Барака с самого начала этой истории заставлял меня чувствовать себя не в своей тарелке. Я почему-то был уверен, что мой друг не будет наблюдать со стороны, а наоборот, будет активно вмешиваться в производственный процесс с ценными советами на предмет увеличения прибылей от продажи героина.

– Лучше подумай какое лицо будет у наших родителей, когда они узнают, что нас похитили эти Черные пауки!

– Они нам ничего не сделают! Если с нами что-нибудь случится, то они больше не смогут найти новых клиентов. Это подпортит деловую репутацию фирмы, и их моментально сожрут конкуренты! – безапелляционно заявил Барак.

Подобная позиция меня восхищала – Барак говорил о криминальных группировках Рио, как о соперничающих друг с другом пиццериях.

– А вот интересно…оружие они нам выдадут? – вдруг спросил Барак, а его глаза возбужденно заблестели.

– Надеюсь, что нет…– сказал я. Барак, конечно, отслужил три года в престижном подразделении израильской армии, но в качестве системного администратора компьютерной сети, и поэтому оставался человеком до мозга костей гражданским и любой, самый завалящий пистолет в его руках был опасен прежде всего для него самого.

Вскоре подъехал Маурисио. Он был одет в наглухо застегнутую кожаную куртку, камуфляжные брюки и высокие десантные ботинки. Получив от нас оговоренные пятьсот долларов, Маурисио едва уловимым жестом расстегнул молнию куртки, и конверт с купюрами исчез где-то во внутреннем кармане.

На мою просьбу написать расписку Маурисио усмехнулся:

–Ну вы же написали расписку, что не будете иметь ко мне претензий. Но и я тоже не буду иметь к вам претензий.