Барабан Будды

На жалобный крик Виталика из глубины квартиры вышла девушка. В отличие от худосочного Виталика, Маринка была довольно высокой и немного полноватой. На ней были мягкие тапки с помпонами, короткие шорты и безразмерная байковая фуфайка. Ее темные волосы были растрепаны, но несколько разноцветных прядок падали на глаза. Лицо украшал пирсинг в носу и над правой бровью, а вокруг глаз был толстый слой макияжа драматических синих оттенков. Вместе с черным лаком на ногтях это придавало Марине вид по-готически загадочный.

–Привееет! – протянула она, окинув взглядом присутствующих. – Нкваме, оставь Виталика в покое. Мне он пока что нужен живым.

–Ты пользуешься тем, что я не могу тебе отказать! – сокрушенно сказал Нкваме и аккуратно поставил Виталика на место.

–Марина! – представилась девушка и протянула Итаю руку. С Нкваме и Джо она поздоровалась гораздо теплее, наградив обоих дружеским поцелуем и объятиями.

Виталик, тем временем, коротко пожав руку Итаю, начал пристально изучать принесенную им гитару.

–Давно играешь?

–Давно. Двенадцать лет, я думаю. Я раньше играл в школьном ансамбле…

–Круто! Ну мы сегодня вечером поджемуем! – обрадованный Виталик хлопнул Итая по плечу.

–А соседи что на это скажут? – наконец вступила в разговор Джо.

–Маринка! Что мы делаем, когда соседи приходят жаловаться? – Виталик подмигнул подруге.

На счет” три” Виталик и Марина согнули правую руку в неприличном жесте. Происходящее вызвало приступ бурного веселья, и даже Итай вдруг почувствовал, что мрачные мысли на время отступили.

–Ну это, конечно, если не заявится сам доктор Пастернак. – добавил Виталик.

–Проходите! Я сейчас кофе сварю! – всполошилась Марина.

–Мне пора на работу. – с сожалением сказал Нкваме.

–Мы пойдем- извиняющимся тоном добавила Джо.

Перед тем как уйти, Джо взяла от Итая клятвенное обещание быть постоянно на связи и неожиданно бросилась ему на шею и поцеловала в губы.

Как это следовало из таблички на двери, когда-то квартира Виталика и Марины была зубоврачебной клиникой. Куда подевался почтенный доктор Пастернак, который, судя по табличке, исправно принимал пациентов ежедневно, кроме субботы, с 10 утра до 16 часов вечера, было неизвестно.