«Некрономикон» и гипноз Хранителя

Спортивная обувь стояла на отдельных стеллажах в самом углу зала. Подросток сразу же заметил кроссовки, которые ему понравились и которые он не прочь бы купить. На всякий случай, он посмотрел на ценник. Вот так! Кроссовки стоили 59 долларов. Если бы он не встретил цыганку, то сейчас бы уже носил обувь, о которой мечтал. Он почти машинально полез в карман, достал бумажник, а потом с тоской засунул его обратно. Чуда не произошло. Обида подступила к самому горлу, и школьник зарыдал, размазывая слёзы по лицу.

– Толя, что случилось? – услышал он за спиной знакомый голос.

Парень обернулся. Это был его классный руководитель, учитель физики, которого, за его высокий рост и худощавость, ученики прозвали «долговязым».

– Я потерял деньги, – ответил подросток, продолжая плакать.

– Как же это произошло? – разволновался «долговязый». – Как так? Может у тебя их украли?

– Нет. Я их потерял, – снова соврал Толя, вытирая слёзы рукавом.

– Вот беда-то, – сочувственно произнёс учитель.

– Я ничего не помню, – снова зарыдал десятиклассник. – Были деньги, а сейчас их нет.

– Сколько у тебя было? – спросил классный руководитель, пытаясь утешить своего ученика.

– Сто долларов, – не моргая, соврал в очередной раз Толик, искоса глянув на своего учителя.

«Долговязый» на несколько секунд задумался.

– Всё перестань плакать, – обнадеживающе сказал он, похлопав своего воспитанника по плечу.

Учитель достал бумажный одноразовый платок и протянул его Толе со словами:

– Вытирай слезы, и я тебя проведу в автобус.

«Долговязый» поделился проблемой с другими учителями и сопровождающими и уже к вечеру все экскурсанты собрали для нерадивого ученика требуемую сумму. Толик был доволен. Деньги вернулись к нему, только не тем сказочным способом, о котором говорила цыганка.

«Лунный свет упади на мои ладони…». Только от покупки кроссовок пришлось отказаться.

С тех пор Толя настороженно относился к представителям этой национальности и старался обходить их стороной. Правда, местные цыгане никогда к нему не приставали, видимо, интуитивно чувствовали в нём своего земляка. Поэтому, молодой человек не придал особого значения тому, что на площади было много цыган, а потенциальных жертв было мало.

– Эй, солдатик, остановись.