Мой «Некрономикон»

Ему было лет пятьдесят, на висках седые волосы, брови густые и прямые, нос картошкой, губы тонкие и едва заметные, глаза наполнены тоской и безысходностью, небольшой шрам на правой щеке от уха до верхней губы.

– Ашер Бен Иехуда, – хрипло ответил задержанный, посмотрев на стол, за которым сидели Торквемада и Либори. В глазах его мелькнула лёгкая ирония: он заметил лежавшую перед Великим Инквизитором Библию.

Далее вопросы следовали одним за другим, так, что задержанный едва успевал отвечать на них.

Вопросы были стандартными: семейное и социальное положение, сфера деятельности, дата рождения, место жительства, вероисповедание и т. д. Либори едва успевал записывать. Торквемада почему-то сегодня куда-то торопился и, видимо, хотел побыстрее закончить допрос.

Хотя и в этом ничего удивительного не было: Торквемада хорошо изучил биографию арестованного и задавал вопросы для соблюдения формальностей. Инквизиторы никогда напрямую не выносили обвинения задержанному.

Их целью было то, чтобы задержанный сам во всём сознался, признал свою вину в распространении ереси и инакомыслия.

– Вы женились в 1459 г? – продолжал допрос Торквемада. – У вас четверо детей, не так ли?

– Так.

– Женились вы на дочери отцовского компаньона по бизнесу, тоже еврейке. Это правда?

– Да.

– Ваш отец завещал вам свой бизнес?

– Да.

– И вам нравится заниматься тем, чем занимался ваш отец?

– Нравится.

– Вы обеспеченный человек, у вас есть всё и уважение в обществе, и немалый капитал, вы – хороший семьянин, чего же вам в жизни ещё не хватает?

По лицу задержанного прокатилось лёгкое недоумение, к чему это клонит Великий Инквизитор.

– Вы не хотите отвечать мне, – настаивал Торквемада. – Возможно вы хотите власти?

– Нет, – испуганно произнёс задержанный. – Я никогда не думал об этом.

– Но может быть вы обладаете какими-то способностями, которыми не обладают другие люди?

– Я обыкновенный человек, – голос задержанного был взволнован.

– И давно вы приобрели это свойство – понимать язык зверей и птиц?

– Я…Я…, -задержанный был поставлен в тупик этим вопросом. – Я не имею…я не понимаю…, о чём …, о чём вы говорите.

Торквемада улыбнулся. Спектакль по разоблачению банды еретиков только начинался, но как хороший режиссер, он знал, что конец спектакля будет по его сценарию.