Граф Рысев

Котёнок плакал не останавливаясь. Да и вообще вёл себя неспокойно.

– Ну что тебе ещё надо? – тихо спросил я у своего маленького найдёныша.

– Извините, граф, но я не припомню, чтобы что-то у вас просила, – от неожиданности я вздрогнул и обернулся. Мария стояла прямо за моей спиной, нахмурив бровки. – Даже помощи у вас просил и убежища дядя…

– Прежде чем вот так наезжать, нужно выяснить, а к вам ли я обращался, баронесса, – я прищурился, девушка же несколько раз моргнула.

– Я не понимаю, – наконец, осторожно произнесла она.

 – Наезжать?

– Забудьте, – голова болела всё сильнее, а ещё я почувствовал, как всё тело охватывает жар. Вот только этого мне не хватало. – Я нашёл котёнка рыси. Её мать убили, и теперь кроха плачет, а я не знаю, чем ей помочь.

– Вы думаете, я знаю? – она нахмурилась ещё больше.

– Вы же женщина, – я пожал плечами. – По идее должны понимать потребности детей, а кто этот котёнок, как ни дитя рыси?

– Знаете, что, граф, не все женщины имеют тягу к материнству, и не все умиляются при виде милых крошек, – в её голосе прозвучал сарказм.

 – Так же, как не все мужчины идут учиться в Военные академии. Уж вам ли об этом не знать?

– А, собственно, почему я должен об этом знать? – голова уже просто раскалывалась, грозя на части разорваться.

– Как, а разве кроме вас, у вашего дедушки есть ещё один внук Евгений, который чуть не довёл главу своего рода до удара, когда настоял на том, чтобы не брать в руки оружия? – вот теперь в её голосе прозвучала насмешка.

 – И хорошо ещё, что блажь эта пришла вам в голову после шестнадцати лет, хоть чему-то вас всё-таки успели обучить, – и эта язва кивнула на труп зверюги. – Ведь не в вашей же Академии изящных искусств вы научились так стрелять.

– В какой академии? – я уставился на неё, на мгновение почувствовав, что голова уже не просто болит, а кружится с невероятной скоростью.

Мария что-то мне отвечала, но я её уже не слышал, потому что земля качнулась под ногами, и я полетел в телегу, успев перевернуться так, чтобы упасть на спину.

Котёнок заворочался, но пищать перестал, наверное, испугался, бедняга. Но, самое главное, я его не придавил своей тушей. Эта мысль была последней, после чего я потерял сознание.

Глава 3

– Я же не знала, дядя Юра, – голос Марии, в котором уже не было столько самоуверенности, как во время нашего разговора во дворе, отразился от стенок черепной коробки, заставив прийти в себя.